19 января 2008, 10:49
Ой, чего-то на меня накатило, вспомнилось мне, как жила я 12 лет на Украине.
Сейчас напишу. Только воспоминания эти мои детские, потому как жила я там с 1 до 13 лет.
А дело было так. Родилась я в Челябинске. У меня папа военный штурман, закончил ЧВАКУШ (тогда еще). После окончания учебы отправили его служить на Украину, которая тогда еще входила в состав СССР. Отправили нас в г. Николаев, который находится в непосредственной близости с Черным морем. Сам город располагался на реке, ну что-то, примерно, как Челябинск. Только название реки не спрашивайте, я пыталась вспомнить, ни фига не могу. Надо спросить у родителей.
Первый раз летели мы туда самолетом из снежного и сурового Челябинска. Прилетели. А там и зимы-то толком нет. Дождик накрапывает, лужи кругом. Поставила меня мама этакую уральскую куклу в натуральной шубе и в валенках на скамейку. А рядом на скамейке сидела бабуся, которая тут же залопотала:
- Ой! Хто це до нас прийихав?
Так вот. Зимы там толком нет. И снега я столько, как у нас здесь отродясь (можно сказать) не видела. 🙂 Это потом, когда мы переехали сюда, я поразилась, как рано здесь начинается зима и как долго и с какими снегопадами она длится.
А там в Николаеве выпадал редкий снежок, из которого было хорошо лепить снеговиков, потому как он был влажный и совсем не холодный. Мы лепили голыми руками. И самое смешное, что этот кусок детского счастья под названием снег, еще надо было умудриться урвать. Только выпадал мало-мальски толстенький слой снега, все спешили на улицу с коврами. 🙂
А вообще ходили мы там зимой в куртках и в демисезонных сапогах, там совсем не холодно зимой. Только влажно очень. От чего я там несколько раз болела воспалением легких.
Про школу. В моей первой школе, в которой я училась с подготовительного по 4 класс, были сплошь эксперименты. Я была в экспериментальном классе. Сначала я ходила в этот самый подготовительный класс для 6-леток, где мы спали (!), учились и оставались вечером в группе продленного дня. Был у нас такой закуток в школе, где находился наш класс, игровая комната и спальня. Эдакий детский сад. После этого класса, мы перешли в 1, где эксперимент продолжился. Уж не знаю целей этого эксперимента, но дело обстояло так. Нам выделили другой закуток, где был отдельно класс, отдельно игровая, собственные туалеты, и большой-пребольшой коридор, разделенный на двое, где в одной части была типа оранжерея, там мы выращивали пальмы, розовые кусты и даже пытались взрастить кипарис! А в другой части этого большого коридора был целый спортивный уголок: канаты, горка, лестницы и всякие другие приспособления, где мы "бесновались" на переменах. Я точно не помню, но по-моему, мы даже за пределы этого закутка редко выходили, т.е. с другими классами почти не общались. Хотя выходить можно было. Мы ходили в библиотеку, в другие корпуса школы, а она была огромная просто.
В своем "мирке" мы учились по каким-то, как мне кажется, немного другим программам (а может и нет), на переменах отрывались по полной, совершенствуясь физически, тут же выращивали цветы и деревья. Ну в общем, напрашивается вывод о воспитании гуманного, всесторонне развитого поколения. Кроме этого весь наш класс без исключения был записан на танцы, которые проводились в зале маленького дома рядом со школой. Вот и получается, что мы со своим классом часто ездили на выступления, на конкурсы, учавствовали во всех мероприятиях, приуроченных к тому или иному празднику.
Честно говоря, было весело!
Наш экспериментальный класс даже не перескочил через 4 класс, как сделали это с другими классами. Мы отучились в 4 классе...
А в 5 я перешла в другую школу, потому как нам наконец-то дали 2-х комнатную квартиру в связи с рождением моей сестры. Это я еще не писала как мы жили на съемной квартире у бабули, которая терпеть не могла детей и только из сожаления взяла к себе молодую пару с ребенком. Как я ей там изрисовала обои, как разгромила ее любимый цветок, как мои родители взорвали (случайно, конечно) ее нагреватель воды. 🙂 Потом мы жили в однокомнатной квартире у самой реки, где летом прямо с балкона было видно проплывающие белые яхточки и всякую другую красоту. А во дворе жили ласточки.
А вот потом мы переехали в новый район в совершенно новую квартиру, где тоже был неимоверно прекрасный вид (пока правда не построили еще один дом перед окнами). А вид открывался на широкую-широкую зеленую равнину и самую настоящую деревеньку вдалеке. Район этот назывался Корабельный, потому как там находился завод, где строили огромные судоходы. Правда, мне так и не удалось на нем побывать. Но кораблища там, говорят, строили с 10-этажный дом.
Район этот располагался особняком от города. Ну что-то, примерно, как наш ЧМЗ. Добираться до работы приходилось долго и муторно, двумя транспортами, через луга (да-да, не смейтесь, самые настоящие поля и луга). У нас в округе все сплошь поля были, сельскохозяйственные. И посреди них такой новенький, сверкающий белыми 10-этажками, довольно-таки большой Корабельный район. Блин, какая у нас там была детская площадка! Там был и амфитеатр с неработающим правда фонтаном, и лабиринты в виде морских волн, и качели, и горки и все-все новое, только вот при нас оклеенное такими маленькими квадратными разноцветными мозаиками. Мы эти мозаики воровали у рабочих и играли ими.
Эх, а какой простор там был. Не сравнить с душным центром Челябинска. Там не строили так впритык. Там было много воздуха, и было много света...
Школа тоже была новая, но не такая продвинутая как моя прежняя. Тут никаких толком программ не было, все как-то самотечно. После уроков, а учились мы во вторую смену, мы сами мыли пол в классах. Оставались по двое дежурных каждый день. Еще забыла написать, что конечно же, кроме всех обычных предметов, там еще было 2 дополнительных предмета: украiнска мова и украiнска литература. Не возьмусь утверждать, что правильно написала, но что-то такое. Я ведь двоечница была по этим предметам. А все потому, что в первой школе у меня прокатывала справка о том, что я дочь военного, и мне собственно ни к чему язык, а в другой школе справка не прокатила. Ну и, конечно, никто не стал со мной церемониться и учитывать то, что я 4 года не учила язык, и начинаю его изучение сразу с программы пятого класса. С литературой еще куда ни шло. Стихи я умудрялась заучивать наизусть. А вот с правилами мовы, ух, было сложнее. Но родители закрывали глаза на оценки по этим предметам. Из-за того, что к стандартному набору предметов добавлялись еще два, в часах равных русскому языку и литературе, получалось, что у нас часто было по 7-8 уроков в день. И после них еще нужно было мыть пол. Вот и трудились до 9 часов вечера. Не буду рассказывать, как мне папа чуть ухо не отодрал, пока вел домой, думал, что я гуляла где-то. А мне так обидно было. Я же блин, училась, а потом еще пол мыла! А мне не верили. Мол, пол можно было и быстрее помыть. Ну, мы, конечно, не сразу его мыли, а болтали, на доске рисовали. В общем вот такие дела.
Так как там у нас постоянно ходила холера... Только не пугайтесь. На самом деле, никого там не косило этой болезнью, просто у всех была выработанная привычка постоянно кипятить воду, что даже зубы чистили, используя кипяченную воду. В реке было запрещено купаться, но мы купались, правда всего пару раз. И все выжили. 🙂 Надо сказать с водой там вообще мрак был. Ее давали по расписанию. Поэтому ванна всегда была полна воды на случай ее отключения. Я так думаю, что частично это из-за той же холеры.
Ну так вот. Из-за этой холеры, столовка в школе не работала и существовали у нас так называемые большие перемены для перекусов. Все таскали с собой еду из дома, и даже питье. Это было таким ритуалом. У меня в сумке всегда лежали бутерброды, яблоко и кружка-термос. Ничего. Ненормальным это не казалось, как все в детстве.
И что самое интересное, несмотря на то, что отношения в обоих классах были в принципе как у всех, были для меня эти оба класса чем-то знаете... ну совсем отличным от моего третьего класса уже в Челябинске. То ли возраст, то ли менталитет (как говорится, суровые дети сурового Челябинска 🙂 ) Но там было все как-то дружнее, добрее. Никаких проблем в общении с мальчиками. А тут же, блин, дикость какая-то. Как приехала я сюда, так прямо ударило в лицо это невероятное различие "тех" детей и "этих". И вроде возраст такой же, и тот же уровень... А все не так. Общаться со всеми наравне - зазорно и плохо. Хотя, скорее всего, это издержки именно этой школы и этого класса. Но тогда мне именно так показалось. Я долго не понимала "этих" детей и их правила. Меня поначалу воспринимали как заморскую птицу. Вся шоколадная от нескончаемого загара, с толстенной и длинной косой и с ненормальными "замашками" в общении.
Да, у нас там (кстати, меня бабушка долго отучала от этой фразы "у нас там...", говорила, что теперь у тебя здесь все.) было очень тепло и в прямом и в переносном смысле. Люди, все, кого я помню, хоть и было среди них много таких же как и мы - русских, из семей "перернаправленных" сюда военных мужей, были хорошими и добрыми... А может это мне так казалось с высоты детства?
Лето там распускалось цветами уже в начале апреля и заканчивалось в конце сентября - октября. Летом днем в 40 градусную жару в городе что-то типа сиесты. Все сидят дома, и только дети носятся в коротких сарафанах и шортах в босоножках на голую ногу. Хм, я со своими черными волосами никогда не носила головных уборов, и не было у меня солнечных ударов. А в Челябинское лето умудрилась схлопотать, и не раз. 🙂
Вокруг Корабельного района было много садовых участков, мы гуляли там, рвали зеленые абрикосы, объедали белую и черную шелковицу, пытались достать из зеленой толстой кожи незрелые грецкие орехи. Черная шелковица напрочь портила платье, как будто его облили чернилами фиолетового цвета. Абрикосы, кстати, никогда не вызывали расстройств желудка. 🙂 А неспелые грецкие орехи пачкали руки так, что потом они неделями не отмывались.
Живя в непосредственной близости от моря, мы, однако, редко на нем бывали. (Вот досада!) Даже ни разу не съездили в один из многочисленных санаториев или баз отдыха. Ездили так порожняком на автобусе, один час езды. На море всегда было очень ветрено. А так как мы с папой ездили всегда вдвоем, (мама моя не выносит жары), а мы любители активного отдыха, поэтому мы не сидели на месте, а как заводные носились по пляжу, играя в догонялки. Помню, все время как отлив, так на берегу оставалась широкая полоса грудами лежащих друг на друге медуз. Ё-моё! Папа меня все время загонял на них, как же это было противно! В связи с тем, что мы вот так нескончаемо носились, каждый раз сильным ветром уносило мой надувной круг. Хоть как мы его привязывали и закладывали одеждами. Поэтому каждая поездка на море сопровождалась посещением Детского мира и выбором очередного плав-средства. Боже, а какие волны там были! Мне с высоты тогдашнего моего роста они казались просто исполинами. И мы ведь купались. Это вам не спокойное озеро. Эх, я там даже чуть один раз не... утонула.
Еще мы ездили отдыхать на одну из баз отдыха на реке, в которой, впрочем, нельзя было купаться. Хотя нет... Не купались мы в ней, потому как была уже осень. Ездили мы на эту базу на частном кораблике. Такая среднего размера яхта. Нас там было много. Несколько семей, которыми мы там дружили. Ночью наши родители - известные любители экстрима - плавали в кромешной темноте южной ночи на виноградники. Воровали там в потемках - хоть глаз выколи - ведрами виноград, которым мы потом объедались до "дружбы с фаянсовым другом". Эх, как весело-то было! А я оставалась с детьми за старшую.
Про деньги.
Вот с деньгами украинскими вообще дела были не фонтан. Не знаю как сейчас, но тогда были постоянные смены вида денег. То выдавали такие купоны, напечатанные на листе формата А4, разрезаешь его на полоски или как нравится и ходишь в магазин, где за прилавком стоит продавец с ножницами и "отчекрыживает" у тебя часть твоих купонов в обмен на еду. Эти купоны помню быстро вышли из оборота. И мы еще долго играли ими, запихивая в детские кошельки пачками. Потом появились карбованци...
А потом... А потом Украина и вовсе решила отсоединиться от России и приняла самостийность. На работе папе сказали принимать другую присягу, но он как честный человек сказал, что присягу он принимал, и что делается это только раз в жизни и, в общем, за это его не приняли в новую "самостийную" армию новой страны. Какое-то время он даже работал трудовиком в одной школе (не в моей), а потом мы решили переезжать обратно сюда к родственникам. Тут я пошла в 8 класс. Тут же закончила школу, потом университет и теперь вот живу здесь.
Поначалу было очень большое желание съездить туда, пока у нас там оставались друзья, многие такие же как и мы - русские - тоже после отделения Украины переехали в Россию. Но пока они там были, было большое желание съездить туда летом. Но, к сожалению, не было возможности.
Так получилось, что все жаркое южное лето я проводила здесь с родственниками, о чем впрочем не жалею. Тогда, когда от сюда все наоборот рвутся к морю. 🙂 Вот такой парадокс! 🙂
Но после всего этого, я люблю Николаев, очень люблю. Там случилась моя первая (хм, безответная) любовь. Там остались мои самые лучшие друзья, которые с годами порастерялись, и которых я ни через какие программы не могу найти. Как жаль, что Одноклассники. ру содержит в себе много людей из этих школ, но ни одного моего одноклассника. Как жаль, что все эти просторы и красоты, на которых, возможно, и воспиталась моя фантазия и романтичность, остались там.
Как жаль, что я не помню цветущие каштаны...
