16 апреля 2008, 16:32
еще для хорошего настроения:
ЕВРОВИДЕНИЕ.
- Ни за что! – возопил председатель организационного комитета песенного конкурса «Евровидение-2008» и прицельно метнул очередную папку в заместителя. Заместитель, впрочем, был парень тренированный и с отработанной сноровкой перехватил папку на лету. – Это русские совсем с ума сошли! Каток им на сцене заливать? А больше ничего не нужно?
- Ээээ, - осторожно подал голос зам, - вообще-то нужно. Еще три пары коньков, размеры, - чиновник быстро сверился с органайзером, - 45, 46 и 43.
- Для кого? – убито осведомился шеф.
- Для секюрити.
- А кого охранять-то будут? Исполнителя? Или его группу поддержки?
- Скрипку. Подлинный Страдивари, об этом просили упомянуть особо.
- Щас, разбежался, - ехидно протянул председатель, - вот прям сейчас буду делать этому Страдивари бесплатную рекламу!
- Еще просили на всякий случай поставить ограждения вокруг катка, - продолжил помощник. – Говорят, господин Плющенко из группы поддержки будет прыгать четверной. Возможно – в каскаде. И тройной аксель.
В дверь постучали.
- Кто там? – сурово осведомился председатель.
В образовавшуюся щель просунулась незнакомая голова с торчащими во все стороны темными волосами.
- Здрастье, - сказал молодой человек, - я с заявкой от Швейцарии, для усиления команды на Евровидение.
Зам председателя по тяжкой служебной необходимости был в курсе не только песенных правил.
- Фигурист? – строго спросил он.
- Да! – кивнул вошедший.
- Нет! – отрезал председатель. – Через мой труп! Сегодня я даю добро на каток для одного номера, а завтра певцам будет не протолкнуться от тройных акселей!
- Что вы, господин председатель! – до глубины души оскорбился посетитель. – Заверяю, что я не буду делать никаких акселей! Тем более – тройных. Я буду вращаться! В заклоне!
Организатор не знал, что такое заклон, однако шестым чувством догадался, что ничего хорошего.
- Ни за что!!!!
Многодецибельный начальственный рык вынес посетителя из кабинета и бросил прямо в объятия еще одного молодого человека, как раз заходящего в приемную.
- Стефан? – ошеломленно спросил спаситель. – А ты что здесь делаешь?
- Похоже, то же, что и ты. Кстати, привет, Бриан.
- А, ты об этом, - Бриан подобрал улетевший листок бумаги с заявкой на участие в Евровидении. – Ну да. У нас в федерации решили, что раз уж все равно будут заливать каток, почему бы нам тоже не усилить выступление….
- Ну-ну. Удачи, - иронично пожелал двукратный чемпион мира. – А я тебя пока что здесь подожду.
Ждать пришлось недолго: через полминуты француз пулей вылетел из кабинета, взъерошенный, красный, злой, как черт и матерящийся сквозь зубы по-русски. Впрочем, среди фигуристов топ-класса русский ненормативный уже давно грозил потеснить английский с позиций языка международного общения.
- О, и вы тут? - свидетелем живой аллегории «Укрощение Гнева» (в роли Гнева – француз, в роли Укротителя – швейцарец) оказался третий участник драмы, блондин.
Давние соперники мгновенно переключили внимание на новоявленного действующего Чемпиона Европы.
- Усиливать команду Чехии? – подозрительно сощурился Стефан.
- Догадлив, - подтвердил чех, подмигивая и отвешивая шутовской поклон.
- Ну, вперед, - по-акульи осклабились оба чемпиона мира, а когда двери за Томашем закрылись – заговорщицки пожали друг другу руки и подперли дверной косяк справа и слева.
Через минуту кабинет председателя взорвался. Во всяком случае, смотрелось это именно так: распахнувшаяся дверь громко ударила о стену, в открывшийся проем вылетел целый ворох бумаг и закружился в воздухе, но из этого вихря вышел не грозный воин с мечами наизготовку, готовый рубить листики в мелкое конфетти, и даже не вылетела парочка белых голубей – по заветам Джона Ву – а на редкость неэстетично выбежали председатель и его заместитель. Томаш вышел следом, пожимая плечами.
- Некреативные зануды, - пожаловался он Стефану и Бриану. – Неудивительно, что Евровидение в глубоком кризисе. Похоже, что больше, чем на фрик-шоу, их фантазии уже не хватает. Ладно, не знаю, как вы, а я чертовски голоден. Тут за углом есть отличная кафешка.
***
Час и три бутылки «Шардонэ» спустя.
- Против команды России не попрешь, - грустно сказал Стефан, рассматривая донышко бокала. – У них же в поддержке Мартон со скрипкой.
- Ну и что, - угрюмо ответил Бриан. – А у меня есть Дамиани. С роялем! Вот что круче, рояль или скрипка?
- Ну, вообще-то, это разные весовые категории, - задумался Стефан. – Но если дело будет на катке, то Мартон на льду увереннее, сам видел. А вашего Себастьяна группа поддержки под руки выводит.
- А мы его прямо с роялем вывезем. Вот представьте себе, каток, в центре рояль, за роялем Себастьян, а вокруг мы втроем рассекаем. Дорожки делаем…
- Вращаемся, - мечтательно подхватил Стефан.
- Прыгаем, - закончил Томаш. – А потом выходит Плющенко и делает четверной!
- Я тоже могу прыгнуть четверной, - ответил Бриан. – Три штуки. И нефиг ржать!
- У меня идея лучше, - вмешался швейцарец. – Делаем один четверной, но втроем! А потом вращаемся! В заклоне! Евровидение будет наше.
Бриан поманил коллегу пальцем, аккуратно, но крепко взял его за плечи и внимательно осмотрел.
- Следов укусов Такахаши нет, - задумчиво сказал он. - Хотя, эта заклонная бацилла может и воздушно-капельным передаваться, наверное…
В этот сезон Бриан уже стал специалистом по различным вирусным инфекциям, но Стефан все равно послал француза на четырех языках в некое известное всем место.
- Не, это не Такахаши, - покачал головой Томаш. – Это Вейр, зуб даю. А Вейра Петренко заразил.
- Кстати, о Вейре! – поднял палец швейцарец. – Моя идея: сцена-каток, по ней кругами ездит Себастьян за роялем, вокруг мы трое, сначала прыгаем четверной, а потом вращаемся…в волчке, - быстро добавил он, перехватив взгляды соратников, - а потом в самый пиковый момент крышка рояля распахивается и оттуда вылазит…
- Балерина? – поморщился Бриан. - Боян.
- Не балерина! – ухмыльнулся Стефан. – Кое-что другое…Из рояля будет вылазить Вейр! В перьях и стразах!
- А Вейра что, пропустят? Он же американец! – напомнил Бриан. – А это – ЕВРО-видение.
- Он русский душой, - отмахнулся Стефан.
- Комитет будет смотреть не на душу, а на паспорт, - покачал головой француз. – Давай тогда еще Лайсачека с Баттлом позовем, по правилам разрешено шесть человек на сцене. Они сделают четверной выброс.
- Из рояля? – уточнил Томаш.
- Из него, - загорелся швейцарец. – Итак, в пиковый момент из рояля вылазит Вейр в перьях и стразах, а потом - Лайсачек, вытаскивает Баттла и делает ему четверной выброс.
- Они втроем в одном рояле не поместятся! – погрозил пальцем Бриан. – А если струны помнут – мне Себастьян сделает полный “All for You”.
- А тебе что, жалко пострадать за общее дело? – сурово вопросил Стефан. - Тогда пусть в рояле сидят Вейр в стразах и Такахаши в перьях. Они мелкие, поместятся. Потом в пиковый момент вылезут и исполнят дуэтом фрагмент из балета «Лебединое озеро». Черный лебедь и белый – будет очень символично, публика это любит.
- А Такахаши тоже не пустят, он японец, - грустно сказал Томаш. – Давайте тогда я вылезу из рояля, в костюме шаолиньского монаха и с двумя топорами.
- А если прицепятся, что китайцев на Евровидении тоже быть не должно?
- А паспорт на что? - отмахнулся чех.
- Только в номере его не забудь, - посоветовал Бриан, до сих пор вздрагивающий при мысли о московском КПЗ, куда загремел когда-то по аналогичному поводу.
- Так, - опомнился Стефан, - а петь кто будет?
- Ты, - сразу же ответили коллеги-фигуристы. – На весь Ютуб засветился – отрабатывай.
- Я станцую фламенко, - взмахнул буйной копной волос чемпион. – А потом сделаю вращение в заклоне.
- Сурово, - оценил чех. – Ладно, кого там на Евровидении волнует голос. Главное – шоу! А за какую страну будем выступать?
- За Албанию, - вдруг подал голос француз.
- Это еще почему?
- Во-первых, - начал загибать пальцы тот, - чтобы никому не было обидно. А во-вторых – пусть Пробер порадуется…
…Песенный конкурс Евровидение-2008 обещал стать очень интересным…
