КАК воспитывать ребенка

Маруся Светлова

Любить ребенка - это ... помнить о высокой цели воспитания
=========================================

Один из уровней, который присутствует в воспитании ребенка - это уровень навыков, которым я как родитель должен научить ребенка: складывать одежду, убирать игрушки, мыть за собой посуду… Это то, на что, как правило, и был направлен фокус нашего родительского внимания в воспитании «по-старому». Потому что из этих навыков — уметь пользоваться ножом и вилкой, хорошо вести себя за столом, не шуметь в общественном месте, уступать место старшим — и состояло то хорошее внешнее поведение, воспитание которого было главной целью большинства родителей.

Но есть более высокий уровень в воспитании ребенка — это формирование качеств личности, черт характера, личности в целом. И эта высшая цель воспитания — формирование свободной уверенной личности, включает в себя и уровень навыков.
По-другому говоря, кроме достижения большой цели — сформировать его личностью, — мы должны достичь много маленьких: чистить по утрам и вечерам зубы, самому убираться в комнате и брать на себя ответственность за какие-то домашние обязанности. И одна из самых больших ошибок, которые мы делали, — когда мы ставили акцент на достижение маленьких целей, когда мы в погоне за достижением маленькой цели, забывали о высокой цели.

Мы утыкались в маленькую цель, например, научить складывать свои вещи и, стараясь достичь ее, требовали и критиковали, наказывали и отвергали, унижали. Мы часто просто «размазывали» ребенка как личность — для того, чтобы ребенок научился складывать свои вещи на место! Добиваясь(!) одной маленькой цели, мы переходили к следующей маленькой цели — заставлять убирать за собой постель или заставлять делать уроки.
Мы учили их навыкам, но не учили быть личностью. И ребенок становился послушным ребенком с хорошим внешним поведением, воспитанный, даже образованный. Но не становился ни свободным, ни уверенным, ни самостоятельным. Нам нужно постоянно помнить о высокой цели воспитания. Иначе мы постоянно будем находиться в погоне за очередной маленькой целью. Но тогда мы никогда не дойдем до высокой цели.

Самое удивительное заключается в том, что когда ты помнишь о высокой цели воспитания, когда нацеливаешься на высшую цель и идешь к ней, видя в ребенке личность, любой навык формируется сам, незаметно, без усилий. Воспитывая уверенного, самостоятельного, уважаемого мной человека, я помогаю формированию этих навыков уже одной верой в то, что он может это сделать, что у него это получится.

Я даю ему свободу выбора, которая сама притянет желание попробовать себя в этом навыке. Я много раз от родителей слышала о том, как трудно формировать такой простой навык — чистить по утрам и вечерам и зубы. Удивительно, но это просто камень преткновения между родителями и ребенком! Мы требуем, чтобы они чистили зубы. Они — не хотят. Мы требуем жестче, — они еще больше сопротивляются. Сколько ссор и непонимания из-за этого!

И каждый раз, когда я говорила родителям:
— Да оставьте вы в покое его зубы! Перестаньте на него давить! — я слышала одно и то же:
— Как это оставить? Он же испортит себе зубы, если не будет их чистить!
— А то, что вы портите всю его личность в этих ссорах и унижениях — это не считается? А то, что вы портите друг другу настроение — это как, пустяки? А то, что вы из-за этих зубов стали врагами, это нормально?

Я помню одну такую маму, доведенную, как она говорила, ребенком(!) из-за этого нежелания чистить зубы «до белого каления».
— Вы не представляете, что она творит! — говорила она мне. — Изворачивается, как хочет. То у нее голова болит, и она не может чистить зубы. То у нее щетка колючая. То паста невкусная. То делает вид, что пошла чистить, но я же не дура, я подслушиваю, — у нее просто вода течет! То придет, скажет, я почистила, а от самой — пастой не пахнет, я проверяла…

И когда я терпеливо, подбирая слова, объяснила ей, что у них с ребенком идет война, и война эта никогда не кончится, потому что ребенок отстаивает свое право быть личностью, которую при таких методах обращения с ней просто уничтожают, что единственный способ прекратить войну — это признать в девочке личность, сказать ей, что мама любит ее любую, дать ей право самой выбирать — будет ли она чистить зубы.

И если даже она откажется, сказать ей о том, что это — ее зубы, и за сохранность их она отвечает сама, и сказать ей об этом не трагичным голосом — мол, пропади ты пропадом со своими зубами, а с любовью и к девочке, и к ее зубкам...

Мама пришла ко мне на другой день. На лице ее была написана растерянность. Зайдя в кабинет, сказала неожиданное для меня и смешное:
— Вы волшебница! И рассказала, как по дороге домой много думала о моих словах и, придя, сказала дочери все, что я посоветовала: что она любит ее любую, что дочь у нее умница, что она большая и хорошая девочка, что она уже выросла и сама может решать — чистить ли ей зубы. Что конечно же маме нравится, когда она чистая, и зубки чистые, и от нее так вкусно пахнет. Но она больше не будет ее заставлять. Действительно, она уже сама может решить, что ей делать со своими зубками — заботиться о них или нет.

— Я ей все сказала и пошла на кухню готовить ужин. И она, представляете, вдруг приходит ко мне и говорит: «Мама, а ты понюхай, как от меня пахнет!» И рот открывает, чтобы я почувствовала запах зубной пасты. И я так обрадовалась, так ее похвалила, какая она умница, как вкусно пахнет, и как зубки сверкают от чистоты!
Женщина помолчала, потом сказала:
— Она сама, без моего напоминания почистила их перед сном. И сама почистила их утром, и ко мне опять прибежала похвастаться — как вкусно от нее пахнет… Вы — волшебница, — опять сказала она, качая головой.
— Я с ней два года билась, а тут — такой эффект!

Я только рассмеялась в ответ и сказала, что я тут совершенно ни при чем. Волшебницей стала она. Раньше она была воюющей мамой, потому и получала такой воинственный «эффект». А когда стала понимающей и доброй, уважающей личность ребенка, то и в ответ получила понимание и доброту дочери. Это действительно удивительный факт: когда мы направлены на высокую, большую цель воспитания — маленькие цели как бы начинают сами «делаться». Потому что ребенок сам начинает хотеть достичь эти маленькие цели. Он сам выбирает их достигать. И наша вера в его личность помогает ему делать правильные выборы.

Naddinka,+1

Спасибо Вам.

почитаю

Naddinka, потрясающе)

Naddinka, интересно, в каком возрасте ребенка советуют позволять ему самому принимать решение чистить ему зубы или нет?
На мой взгляд ответственности ребенку стоит давать столько, сколько он сможет унести, не надорвавшись 🙂

Mariel,я где-то с 2,5 не настаивала на чистке, но объясняла, что если чистить не будет, могут заболеть зубки, чисит сама каждый день теперь, мне позволяет почистить, раньше когда заставляла, не давалась.

Brigitte, у нас как-то с этим вопросом тоже не было проблем, давить не приходилось, чистит сама (дочери 2,9), потом я "проверяю", да и личный пример перед глазами.
Я просто не уверена, что ребенок в 2-3 года может осознать последствия своего выбора зубы не чистить, и соответственно, стоит ли на него такую ответственность возлагать 🙂

Mariel,у меня дочка врачей боится,я ей только заикнулась, что зубки могут заболеть, она сразу смекнула, что хорошим это не кончится ))))))))))))))))

Brigitte, 🙂

а вот сыну пока принудительно чищу, если можно так сказать, он точно еще ничего не поймет

Mariel
Naddinka, интересно, в каком возрасте ребенка советуют позволять ему самому принимать решение чистить ему зубы или нет?
На мой взгляд ответственности ребенку стоит давать столько, сколько он сможет унести, не надорвавшись 🙂

Тут речь идёт о взаимном уважении, а не о том, что ребёнку нужно позволить абсолютно всё решать самому. Если что-то вызывает такое сильное отторжение и отношения превращаются в войну, то нужно перестать давить, унижая ребёнка. Именно чистка зубов, в данном примере, превратилась для ребёнка в повод отстоять себя как личность. Это могло быть что-другое, например отказ заплетать косички или что-либо ещё.

Любить ребенка - это ... отделить ребенка от его поступков.
======================================

В жизни каждого родителя и его ребенка было благословенное время, когда в отношениях их была любовь, безусловная и глубокая, была близость и соединенность в одно целое, было ощущение мира, и покоя, и счастья, оттого что у тебя есть твой малыш — самый родной и любимый...
Время нашей безусловной любви к ребенку длится до тех пор, пока ребенок не подрастает и не начинает совершать поступки. И вот тут-то и начинается долгий и иногда такой мучительный период воспитания. Потому что теперь, с момента, когда ребенок начинает совершать поступки — есть за что, есть что воспитывать!

Действительно — чего ему было читать нотации, когда он лежал себе и безмятежно сопел в коляске? За что его критиковать и отвергать — когда он еще ничего не делал просто потому, что еще ничего не умел делать?
Но вот он подрос до такой степени, что может что-то делать: что-то взять, что-то разбить, что-то разлить. Мало того, он подрастает до такой степени, что уже не хочет чего-то делать: не хочет есть кашу, которую ему приготовили, не хочет спать, когда родители хотят, чтобы он спал!
Начинается период действий и поступков ребенка — и начинается период воспитания. Я обращаю твое внимание на этот простой факт: объектом нашего воспитания, по сути, являются поступки, поведение ребенка. Но парадокс заключается в том. что, воспитывая, мы критиковали, ругали, отвергали — ребенка! Мы на ребенка направляли весь свой педагогический пыл, обвиняя его, обзывая его. наказывая его.

И именно потому, что существовал этот парадокс, так «отрицательно» работали методы воспитания. Мы делали плохим и виноватым ребенка, вместо того чтобы просто разбираться с его поступком. Мы навешивали ярлыки на ребенка, на всю его личность, хотя нам нужно было разбираться с тем действием, которое он совершил.
Ребенок не повесил на место рубашку — и мы называли его неряхой. Его, всего его, его личность мы маркировали этим плохим словом — за то, что он всего-навсего не положил вещь на место.
Ребенок не убрал за собой тарелку или не помыл чашку, и мы называли его бездельником, но он всего-навсего не совершил какие-то действия, какие должен был совершить. И за это непринятие всей личности ребенка!

Не кажется ли тебе это перекосом? Почему мы оценивали личность ребенка, отвергали ребенка, наказывали ребенка там. где просто должны были разбираться с его поступком? Если мы хотим научиться строить новые, равноправные, уважительные отношения с детьми и формировать яркую и сильную личность, а не воспитывать маленького послушного заморыша, нам нужно сделать еще один шаг в перемене наших убеждений. Нам нужно отделить ребенка от его поступка, убрать тот знак равенства, который существовал раньше в нашем отношении к ребенку, совершающему плохие поступки.
Даже не осознавая этого, мы считали, что раз поступок плохой — то, значит, и ребенок плохой!
И это одно из самых больших и трагичных по своим последствиям убеждений!

Но любить ребенка и значит — убрать этот знак равенства. Отменить приравнивание ребенка
к его плохому поступку.
Любить ребенка и значит — отделить ребенка — чистого и хорошего человека, любимого тобой, — от его поступков (иногда самых нехороших и некрасивых).

Любить ребенка — это означает осознать тот простой факт, что совершая плохой поступок, ребенок при этом не становится плохим. Он остается прежним, каким и был. Действительно, оттого, что твой ребенок не стал есть ту кашу, которую ты сварила, или положил не так рубашечку, или не хочет по первому требованию выключать телевизор, или встречается не с тем мальчиком, в нем ничего не изменилось. Он не стал ни больше ростом, ни меньше весом, ни более глупым. Он каким был до поступка — таким остался. И он не стал плохим!
Разве ребенок, только что бывший хорошим, милым, любимым, самым дорогим, после того как пролил компот из чашки, или разбил эту чашку, или испачкал одежду — становится после этого «ужасного» поступка плохим?
Разве перестает он в это мгновение быть твоим же ребенком, милым, родным, любимым, хорошим? Он всего-навсего что-то сделал, что тебе не нравится.

Плохой — его поступок, его действие. О его поступке, его неправильном действии нам и нужно поговорить. Нужно обсудить поступок, действие. Нужно понять, как произошел этот поступок. Но сам ребенок-то как был хорошим, так и остался хорошим!

Любить ребенка — это значит перестать обвинять и критиковать ребенка, а разбираться с его поступком.
И если ты начнешь так, таким образом любить ребенка, ты увидишь удивительную вещь: начав анализировать поступки — нам некого и не за что будет критиковать! Мы будем просто анализировать поступки. Нам нужно будет понять смысл поступка — что заставило ребенка так поступить, какой опыт он прошел, что он может взять ценного для своей жизни, чтобы у него были возможности в дальнейшем поступать правильно.

Говоря об этом с родителями, я каждый раз сталкиваюсь с одним и тем же опасением, сопротивлением со стороны родителей. Звучит это примерно так:
— Получается, как вы говорите, что ребенок хороший, независимо от того, что он натворил! Но тогда как он научится отвечать за свои поступки? Как поймет свою ответственность? Раньше все было понятно: сделал плохо — значит, ты плохой, исправляйся! А теперь получается: сделал плохо, но все равно ты хороший! Как же ему тогда понять, что он не прав, что ему надо исправиться? Получается, что мы просто будем формировать безответственного ребенка!

И каждый раз, слыша эти опасения, мне приходится успокаивать родителей, говоря:
— Никто не отрицает, что плохой поступок совершил ребенок! Но наша задача — не обвинить ребенка в том, что он сделал плохой поступок, не сделать его самого плохим, а понять, разобраться, вместе с ним проанализировать поступок, чтобы выяснить — почему ребенок совершил его? Почему именно он его сделал? Почему именно такой поступок у него получился?

Но весь этот анализ поступка ребенка и дает ему такое глубокое осознание того, как он сам творит поступки. Как он сам творит своими поступками отношение к нему взрослых или сверстников. При этом мы не только помогаем ребенку в осознании его собственной ответственности за совершаемые им поступки, мы помогаем ему в осознании возможностей быть хорошим. Мало того, вместе с ребенком анализируя его поступки, — мы помогаем ему осознать один из самых важных фактов в жизни: он сам творит свою жизнь. Он сам творит свои отношения. Он — творец своей жизни.

И, как говорится, почувствуй разницу — раньше, в воспитании «по-старому», мы, критикуя ребенка за сделанные поступки, делали его плохим и виноватым. А в воспитании «по-новому», анализируя с ребенком его поступки, мы не только не разрушаем его личность чувством вины и «плохости», но и создаем его творцом собственной жизни! Есть разница? И скажи честно: в каком состоянии ребенок больше осознает, ощущает свою ответственность?

Давай сделаем этот шаг — оставим в покое личность ребенка, перестанем на нее направлять наш педагогический пыл. Как показывает практика, ничего хорошего из этого не получалось! Давай перенесем все наше внимание на поступки ребенка. И вот тут мы сможем столько важного и ценного для себя осознать!

Маруся Светлова

Naddinka, в ключе взаимного уважения, бесспорно, очень правильно написано 🙂
Но, согласитесь, отказ от косичек не несет вреда здоровью ребенка, а вот чистка зубов, мытье рук перед едой и т.п. - дело таки обязательное.
Я не случайно спросила про возраст ребенка, маме которого дали такой совет.
Повторюсь, уважать ребенка надо всегда, с младенчества, но позволять принимать решения, касающиеся здоровья, безопасности, жизни, последствия которых ребенок в силу возраста еще предугадать не может, считаю не совсем верным. Надо смотреть по ребенку, по силам ли это ему.
Другое дело, что лучше сделать так, чтобы для ребенка именно эти вещи (касающиеся здоровья, безопасности) не стали поводами отстаивать себя как личность.

Naddinka
Любить ребенка и значит — отделить ребенка — чистого и хорошего человека, любимого тобой, — от его поступков (иногда самых нехороших и некрасивых).

Плохой — его поступок, его действие. О его поступке, его неправильном действии нам и нужно поговорить. Нужно обсудить поступок, действие. Нужно понять, как произошел этот поступок. Но сам ребенок-то как был хорошим, так и остался хорошим!

совершенно согласна!

Mariel, я не считаю, что это НАСТОЛЬКО обязательное дело. Ну испортит зубы в конце концов, не смертельно. Но этого, скорее всего, не будет, т.к. если ребёнок живет в атмосфере уважения он так же уважительно относится и к окружающим и к себе, в том числе к своим зубам.

отмечусь

Любить ребенка - это : ... становиться на позицию ребенка
=====================================

Наша оценка поступков ребенка весьма условна. И совершенно необъективна, смею я сказать. Потому что мы судим его, оцениваем со своей позиции.

Ребенок дерзит, то есть не соглашается с тем, что ты говоришь, пытается отстаивать свою позицию. Какой «ужасный» для многих родителей поступок! Поступок, который иногда заслуживает наказания! То, что у родителей есть своя позиция, — это нормально. А вот то, что ребенок смеет иметь свою позицию, да еще отстаивать ее, да еще иногда достаточно агрессивно, — это ужасно. А слышишь ли ты его, когда он отстаивает ее мягко? Может, он вынужден отстаивать ее так, — хамовато, даже нагло? Но это, конечно же, плохой поступок ребенка!

Мало того, мы оцениваем поступки ребенка с позиции взрослых людей, для которых многие детские поступки, совершенно нормальные для психически здорового ребенка его возраста, — кажутся ненормальными. Потому что мы сами сейчас, в своем возрасте, уже такого не делаем.
Ребенок не хочет делиться своими игрушками или сладостями с другим ребенком, пришедшим в гости. Как нам стыдно за такого «жадного» ребенка! И мы отчитываем его за этот плохой поступок. Но это нормальный ребенок, отстаивающий свою территорию, дорожащий своими вещами, которыми не хочет делиться с тем, с кем он не хочет делиться. Он еще не такой «приличный» и воспитанный, как мы в нашем возрасте, когда фальшиво улыбаемся людям, которые нам не нравятся, или гостеприимно принимаем дома людей, которые нам неприятны.

Для нас, взрослых, приличных и правильных, кричать в магазине, требуя что-то купить, привлекая внимание окружающих людей, — просто невозможно. А для ребенка, живого, естественного, ценящего себя, еще не «воспитанного» до состояния скромного, послушного, ничего не требующего, — это нормальный поступок нормального самоценного ребенка, каким он рождается. Только мы, родители, — не дадим ему таким остаться. Потому что это — ужасный поступок, который требует нашего педагогического воздействия.

Мы, взрослые, с высоты нашего положения и возраста очень часто видим плохое там, где его нет. И у нас поэтому всегда есть «за что» воспитывать ребенка.

Недавно я наблюдала, как мама, выловив бегущего ребенка и второго — такого же запыхавшегося, строгим голосом сказала:
- Прекратите баловаться!
- Но мы не балуемся! — попытался оправдаться ребенок
— Прекратите баловаться, я вам сказала! — еще строже сказала мама.
— Но, мама, мы не балуемся, — сказал ребенок с интонацией, в которой звучало удивление — ну как ты можешь этого не понимать! — Мы просто гоняемся друг за другом!...
Я улыбнулась и подумала: правда, как часто дети «просто гоняются друг за другом». А мы, взрослые с готовностью принимаем их поведение за плохие поступки. И пошло-поехало воспитание!
Я сама недавно отследила в себе такое отношение к поступку внука. Он подошел ко мне и сказал:
— Маруся, а я спрятал твою заколку и тебе ее не отдам
- Положи, пожалуйста, мою заколку на место и больше без моего разрешения не бери мои вещи, — сказала я внуку
- Ха-ха-ха, я пошутил! — радостно сказал ребенок. — Я твою заколку не брал!
— Ну что, ж — сказала я. — В следующий раз я просто не буду тебе верить, если ты будешь меня обманывать.
— Но я тебя не обманывал — сказал внук, — я пошутил!
- Я тебя предупредила, мой дорогой, — непримиримо сказала я.— Если ты будешь меня обманывать, ты лишишься моего доверия.

Ребенок помолчал, потом сказал неожиданное:
— Эх, Маруся, Маруся! Тебе надо брать пример со своей дочери! Я не лишился ее доверия, когда пошутил, что спрятал ее духи! Она поняла, что это не обман — а шутка! Тебе есть чему у нее поучиться…
Все эти ситуации и случаи нашей необъективной, однобокой оценки поступков детей потому и существуют, что мы, глядя на их поведение с высоты своего возраста, своих позиций, не можем быть объективными.

Любить ребенка — означает отказаться от своей роли оценщика и вершителя и честно признаться, что ты — необъективен. Потому что судишь — со своей стороны. И судишь именно с высоты!

Любить ребенка — это посмотреть на ситуацию и на поступок с его позиции, с его стороны, с его уровня. Иногда — просто посмотреть на все с позиции маленького (по росту) человека.

Есть один простой прием, который я часто советую применять родителям для нормального общения с ребенком. Я предлагаю, общаясь с ребенком, уравнять рост. Присесть на стул или на корточки, чтобы стать одного роста с ребенком. Или его посадить на стул или поставить на табурет, общаясь с ним.

Удивительно, но даже такое простое «уравнивание» меняет саму интонацию разговора, позволяет легче понять позицию ребенка, почувствовать ребенка. И — лишает тебя ощущения большого, всезнающего, оценивающего наблюдателя сверху.

Любить ребенка — это еще и изменить сам взгляд на все его поведение и его поступки. Наша направленность на выискивание недостатков — заставляет нас находить их. Наш недобрый взгляд, я бы так сказала, начинает видеть плохое там, где его нет.

Любить ребенка — это быть добрым. Перед тобой хороший человек — твой ребенок! Посмотри на него добрым взглядом, тогда ты действительно увидишь, что он не балуется, а просто гоняется. Что он не обманывает, а шутит. Что он не врет, а боится сказать тебе правду. Что он не дерзит, а отстаивает свое право иметь свое мнение.
Наш добрый взгляд на ребенка поможет нам понять его поведение. А поняв — найти добрые способы помочь ему проявляться по-другому.

(Маруся Светлова)

шишь с ней с чисткой зубов
это один из примеров просто
Naddinka, ну ты как всегда!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
реально порой некогда разбираться. пришел с работы. гаркнул - тут чо свинья живет или мальчик?! вот на автомате....
все прочитала
я вообще поражаюсь тебе все больше и больше

про зубы. тут только собственным примером. все идут в ванную чистить зубы и ребенок в год уже тоже идет и подставляет моську, ему тоже надо. особенно если он не единственный ребенок в семье, там уже работает коллективизм и подражание старшим детям. тут реально можно обойтись вааще без ругачек

Надя так хорошо пишет
жаль мама тоже человек, устает, бывает в плохом настроении
и вот тогда все получают за очередной сломанный цветок, раскиданные игрухи или чего там еще
Naddinka,знаешь, прочитав тебя просто становится стыдно за себя  :ой засмущали: ведь порой ведем себя хуже детей

Liza Caddy,ну да, только в год ребенок разве что пожевать может щетку, ругачки начинаются, когда мама вклинивается в процесс и пытается нормально пройтись щеткой по зубам, хотя бы чуть-чуть ))))))))))
но я уже уклонилась от темы..

Liza Caddy
Надя так хорошо пишет
жаль мама тоже человек, устает, бывает в плохом настроении
и вот тогда все получают за очередной сломанный цветок, раскиданные игрухи или чего там еще
Naddinka,знаешь, прочитав тебя просто становится стыдно за себя  :ой засмущали: ведь порой ведем себя хуже детей

Так я же не сама пишу, а просто делаю перепост ценных мыслей и автора подписываю вроде. Естественно мама человек и мы часто себя ведём неправильно и неидеально. Корить себя за это не надо. Главное это осознавать и стремиться поступать наилучшим образом.

Brigitte,у нас не было. это ж интересно и приятно. мои балдеют. вернее старший уже не балдеет))) но тоже балдел в детстве

Naddinka,знаю, что не ты
просто знаю, что ты так и делаешь
а еще ты умеешь находить вот эти ценные мысли. инет то большой. поэтому и труд такой лично я ценю

Liza Caddy,везет )))

Liza Caddy, у меня тоже не всегда получается. Ору на дочку, а потом часами ломаю голову как можно было эту проблему решить без крика. Не всегда получается найти ответ 🙁

Naddinka,вау. Надь, я думала с тобой то это не случается
ну ладно. буду чувствовать себя не таким зверем)))))))))
я не ору. скорее говорю чо-нить колкое типа:
- у нас чо свиньи завелись? вроде человеческих детей рожала
мне сын говорит - лучше бы орала. такое замечание спокойным тоном его очень обижает. хотя надо заметить - он сразу бежит прибирать вещи или мыть обувь (смотря чего коснулось замечание)
у меня вырывается просто само(((((((( я даже не думаю. на автомате.

Liza Caddy, вот это мне значит у тебя надо спокойствию поучиться. Может я многовато от малявки хочу, конечно, поэтому и неправа.

Naddinka,на моих орать бесполезно. они тупо смотрят как на пришельца и уходят. вообще не понимают криков. ни чьих.
я такая в детстве была.
ты мне миром скажи - я все пойму. чего глотку драть
спокойствием не отличаюсь. сегодня мелкий получал за порчу цветов-деревьев дома. высказала все строго, наехала как танк. прижался ко мне. уткнулся. не ревет. просто хочет, чтоб пожалела
я же отстранила и вышла. реву было...........
вот такой жестокостью у нас только добивается сохранность растительности в доме
понимаю, что нельзя так, но у меня и так всего 2 растения осталось. я их же тоже люблю
хотя мелкого жаль до глубины души
помогает не на долго. дня через 3 опять воевать будем

вот поэтому твои посты в жилу пришлись
как раз сегодня думала - надо подход менять
как не знаю. и детей люблю и растения свои
а ребенок любит драть растения.... наверно не умею достаточно хорошо объяснить

Помните темку Ежика про привычку, складывающуюся за 21 день. Мы с мужем заключили договор, что 21 день все решаем с детьми миром и любовью. Не помню какой сегодня уже день, но все идет по плану, все конфликты разруливаются быстро и без истерик )))))

Любить ребенка - это ... видеть в его поступках приобретение жизненного опыта.
======================================================

Ребенок появляется на этот свет без какого-либо жизненного опыта. И весь процесс его жизни и есть получение жизненного опыта. И, как и любой жизненный опыт, он состоит из проб, неудач, ошибок.
Он учится ходить — и столько раз упадет, прежде, чем научится удерживать равновесие, соразмерять движения тела с наклоном, положением тела.
Он учится оперировать предметами — и у него сразу ничего не получается. Он начинает складывать кубики — и рассыпает их. Берет в руки чашку — и проливает воду.

Ребенок набирает жизненный опыт. И я еще раз обращаю твое внимание на то, что, как и любой жизненный опыт, он состоит из многих и многих ошибок, неудачных попыток
И как умиляет нас, родителей, этот первый, неудачный, но такой нелепый, смешной и милый жизненный опыт! Они смешно падают на попку. Смешно, задом наперед напяливают на голову панамку. Они такие милые и забавные, когда, пытаясь самостоятельно есть, пачкают себе всю рожицу!
И мы не видим в этом опыте ничего неудачного! Нас действительно умиляет этот детский опыт проживания жизни.
Но почему нас это не умиляет, когда став старше, ребенок приходит с улицы грязный как поросенок, потому что строил с другом запруду в луже? Ведь он продолжает набирать опыт! Он продолжает оперировать предметами, только предметы эти — не чашка или кубики, а камни, ветки, вода в луже. И попробуй, оперируя этими предметами, остаться чистым!

Но этот опыт нам уже кажется неудачным. И за этот «опыт» мы по полной программе всыплем ребенку — кто чем богат: кто нотациями, кто критикой, кто наказанием!

Когда твой ребенок в два года надевает на себя твои туфли, или мажет себя твоей помадой, или вешает на плечо твою сумку, которая волочится по полу, — чтобы быть «как мама», — это так смешно, трогательно! Их попытки быть «как взрослые», их желание действовать «как большие» — такие нелепые, такие неуклюжие, но такие милые!

Но когда ребенок в пять лет не хочет ложиться спать, как взрослый папа, который никогда в это время не ложится спать, или разрезает ножницами скатерть, как взрослая бабушка, которая кроила сегодня ткань, почему нас не умиляют эти попытки стать «как взрослые»? Почему мы перестаем видеть в их поступках попытки (может быть, действительно неудачные!) перенимать взрослый опыт?

Когда твой ребенок в подростковом возрасте, желая быть «как взрослый», начинает всерьез краситься или курить, — почему мы видим в этом преступление, плохой поступок, почему не видим в этом простой факт — ребенок учится взрослой жизни! Он, как и раньше, перенимает то, что видит вокруг, пробует это. В чем его преступление? Но мы критикуем и отвергаем ребенка вместо того, чтобы помочь ему отсеивать ненужный опыт, но перенимать правильный и хороший.

Когда ребенок в два-три года напяливает на себя вещи, очень стараясь самостоятельно одеться, приукрасить себя, — как мы восторгаемся и смеемся! У каждого родителя были такие ситуации, когда перед его взором представал одетый малыш, на котором поверх платьица надеты шортики или руки вдеты в штанины. Он так старался! Он одевался! Он еще просто не знает, что и как надо надеть правильно, поэтому у него и получалось это так смешно, так нелепо, но так мило! И никто не критиковал в эти минуты ребенка, не отвергал его за то, что он выглядит так нелепо. Все понимали — он по-другому еще не умеет.

Но почему, когда ребенок, подрастая, начинает сам одеваться так, как нам не нравится, — мы перестаем понимать, что он делает это, как умеет, с тем чувством вкуса или приоритетов, которые у него есть. И мы направляем на него поток критики, вместо того, чтобы принять его право самому одеваться или помочь ему сформировать вкус.

Большинство поступков наших детей по сути своей и есть это получение опыта жизни. И действительно всегда этот процесс проходит путем ошибок, неудачных попыток.

Я помню рассказ одной милой женщины о том, как она, будучи маленькой девочкой, хотела к маминому приходу затопить печь в доме. И помня, как это делала мама, сложила дрова в печь, подожгла их. Но она не знала, что надо открыть заслонку. Поэтому, когда дрова разгорелись, дом начал наполняться дымом. И она, опять же, не зная, что нужно делать, распахнула окна, думая, что дым уйдет. Но дом продолжал заполняться дымом.

Тогда она решила, что что-то неправильно растопилось. И решила это потушить. Но она не знала, как потушить дрова в печи. Поэтому она выгребла из печи все горящие дрова на пол. Но дрова продолжали гореть и чадить. Поэтому она залила их водой, чтобы они не горели. А потом пришла мама. И увидела дома настоящий ад. И выпорола ее за то, что она натворила.

А она так хотела встретить маму теплом! И старалась «как большая», как хозяйка растопить печь. И у нее это получилось так, как только и могло получиться у неопытного ребенка. И если бы мама — будучи мудрой мамой! — увидела в этом поступке дочери старание, заботу о ней, маме, и попытки быть «как большая», то она бы похвалила дочь за самостоятельность, объяснила ей, — в чем была ее ошибка, помогла бы ей убрать «последствия» этого опыта, вместе с ней разожгла бы эту печь заново — с хорошим результатом.

Тогда вся эта ситуация обернулась бы мгновенным научением ребенка, приобретением дочерью жизненного опыта. И не стала бы поркой со всеми печальными последствиями — чувством вины, отверженностью, одиночеством, ощущением несправедливости — ведь она так старалась…

И именно потому, что дети учатся жить, и просто не могут все сразу делать правильно — хорошие по своей природе дети совершают иногда «нехорошие» поступки. Но согласись — несправедливо называть такие поступки «плохими».