Новости образования. ФГОСЫ.

Важная статья.
http://www.gazeta.ru/social/2013/11/22/5764921.shtml?fb_action_ids=10202590823713566&fb_action_types=og.recommends&fb_source=other_multiline&action_object_map=%5B1458838671009506%5D&action_type_map=%5B%22og.recommends%22%5D&action_ref_map=%5B%5D

«Ломоносовых больше не будет»
Математик и наставник Григория Перельмана Сергей Рукшин рассказал «Газете.Ru», в чем ошибки реформы российского образования



LivejournalНаписать комментарий249
Сергей Рукшин, научный руководитель лицея №239 в Санкт-Петербурге Сергей Рукшин, научный руководитель лицея №239 в Санкт-Петербурге
Фотография: Дмитрий Соколов

25.11.2013, 16:02 | Елена Мухаметшина

Учитель Григория Перельмана и Станислава Смирнова, двух лауреатов Филдсовской премии, педагог, воспитавший 90 призеров и победителей международных олимпиад по математике, профессор РГПУ им. Герцена, замдиректора по науке физмат лицея №239 Сергей Рукшин рассказал «Газете.Ru», за что он критикует реформу российского образования и почему российские ученые предпочитают работать брокерами в США, а не заниматься наукой на родине.

— Вы один из самых ярых критиков нынешней реформы образования. К этой критике прислушиваются?

— Без критики было бы намного хуже. Крылов когда-то написал: «А Васька слушает да ест». Критику слушают, иногда даже что-то удается сделать. Скажем, год назад я выступил на заседании Общественного совета Минобрнауки, где сообщил о том, что одна из сотрудниц министерства, начальник департамента общего образования Елена Низиенко, умудрялась несколько лет организовывать приписки к спискам победителей финалов всероссийских олимпиад. А эти приписки дают стобалльный ЕГЭ, а победителям — внеконкурсное поступление. Приписывали причем тех, кто вообще в олимпиадах не участвовал. В итоге эту чиновницу по-тихому убрали.

Сейчас я вхожу в рабочую группу двух советов — Общественного совета и Совета по науке Минобрнауки. Эта группа занимается реформой РАН, наша цель — хотя бы в форме подзаконных актов способствовать сохранению научных институтов и научных школ. Организационную структуру уже не спасти, но в этом академия сама виновата, надо было раньше думать о реформировании. Но научные институты, ведущие лаборатории надо спасать. Дмитрий Ливанов с нашими предложениями согласился, правда, неизвестно, будут ли они воплощены и в каком объеме.

— Почему вас не устраивает реформа образования?

— Я считаю, что 12 лет непрерывных реформ поставили наше образование на грань, за которой его уже не будет. Из системообразующего института нации, который формирует нас как граждан этой страны, оно превращается в услугу. Вместо специалиста, который социализирован в этой стране, мы даем бумажки недоученных бакалавров, которые знают реальную жизнь хуже, чем выпускники техникума много лет назад. Они воспринимают страну как место работы. А место работы в случае чего можно и поменять. Мы утрачиваем и содержание образования, и его социальную функцию.

Закон «Об образовании» «обсуждала» комиссия по развитию образования Общественной палаты, которую возглавляет один из идеологов реформы образования ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Он реформу придумывает, он же ее и одобряет — такое общественное обсуждение. Моя любимая цитата из «Теркина на том свете»: «Это вроде как машина скорой помощи идет: сама режет, сама давит, сама помощь подает».

Ужас наших реформ состоит не только в том, каковы они, но и в механизме принятия решений. Самый возмутительный пример, когда под покровом ночи, без объявления войны, в нарушение всех сроков был внесен закон о реформе РАН в Госдуму. Реформы образования проводились примерно так же. Только иногда создавалась иллюзия их общественного обсуждения. Реформы принимаются скрытно и без участия профессионалов. Помните недавний скандал про то, что РАН должна выдать свои планы по публикации статей на 2014–2016 годы? Фундаментальная научная работа не планируется. Как мой ученик Григорий Перельман должен был спрогнозировать, что докажет гипотезу Пуанкаре? Или наша отчетность вузов. Как можно судить о деятельности вуза по квадратным метрам и среднему баллу ЕГЭ поступающих?

— Я не соглашусь с вами. Судят не только по этим критериям. К тому же посыл мониторинга эффективности очень верный: закрыть вузы, которые не дают образования, а продают дипломы.

— Средний балл поступающих характеризует общественный престиж профессии и репутацию вуза, а не работу вуза. Еще один из критериев — зарабатываемые деньги. Это хорошо, когда вуз зарабатывает, но его основное дело — учить студентов. Популярность и реноме профессии создаются не вузом, а обществом. Вуз не должен отвечать за то, что на педагогические и инженерные специальности конкурс понижается. Это общество решает, нужны ли нам люди этих профессий. От наличия больших площадей и иностранных студентов вуз эффективнее не станет.

— В декабре должна быть принята концепция математического образования. Вы к ней как относитесь?

— Я плохо отношусь к подобной деятельности в принципе. Вместо того чтобы оглянуться и подвести итоги реформы, мы убегаем от анализа реальных проблем, формулируем новые лозунги. Нам надо понять, какое образование нужно стране, определить фундаментальное ядро школьного курса. Причем не отдельно по математике, а во взаимосвязи с физикой, химией, биологией, другими предметами. И только после выделения фундаментального ядра, отталкиваясь от него, нужно определять содержание математического образования, начиная со школы и дальше, вплоть до подготовки научных кадров.

В эту концепцию дважды академик Алексей Семенов, который стоит во главе разработчиков, напихал все, что можно было, с точки зрения его увлечений, хобби, освоенных грантов, бизнеса и так далее. Это и непомерно раздутый акцент на применении компьютеров, дистанционное обучение, электронные учебники и ресурсы — все то, на чем зиждется бизнес президента издательства «Просвещение» Александра Кондакова и его супруги. Компьютер — инструмент, его надо использовать. У нас никто не организовывал 30 лет назад курсы по освоению молотка, каждый его использовал в быту, как ему нужно: хирург и невропатолог — стучать по коленке, плотник — забивать гвозди. Так что в концепцию напихано много вредных вещей, которые будут отвлекать от содержательной роли математического образования. А первоочередная роль математического образования — это развитие мышления. Я достаточно успешно занимаюсь образованием уже 38 лет, все-таки единственный в мире педагог, воспитавший двух филдсовских лауреатов, и педагог, чьи ученики завоевали более 90 медалей международных олимпиад. Так что я в этом что-то понимаю.

Нам гораздо больше, чем трата денег на несвоевременную концепцию, помогло бы повышение стипендий аспирантам. Это унизительно: мой ученик едет в аспирантуру в США, где ему стипендии хватает, чтобы содержать семью, не отвлекаясь на дополнительные заработки от занятий наукой. У нас аспирантской стипендии не хватает на оплату общежития и проезд к месту работы.

— Разве нет вероятности, что электронные технологии позволят сделать процесс обучения легче и сфокусироваться на образовательных задачах?

— Легче и лучше — разные вещи. Есть предметы, где надо что-то выучить и освоить. В кулинарном деле можно сжечь пару десятков яичных белков с сахаром, но в итоге научиться печь безе. В математическом образовании конечный продукт — это мозг. Поэтому я не понимаю, что электронные носители и дистанционное обучение могут сделать такого, чего не сможет сделать человек с мелом и тряпкой у доски.

Надеюсь, что первое время эта концепция никак не повлияет на образование. Поколение педагогов, которые привыкли работать по-старому, будет продолжать так работать, и хорошо. Но опасности, заложенные в концепции, для будущего велики. Она опасна самим фактом своего существования.

— А как на практике повлияет эта концепция на преподавание математики?

— Петербургские журналисты мне часто возражают, что у нас в городе ничего к худшему не изменилось. Тогда я им предлагаю посмотреть на страну. Наш 239-й лицей, может быть, пока не тронут. И 57-я школа в Москве. Хотя, возможно, с нас тоже начнут требовать все, что прописано в законе, вроде использования электронных учебников. Меня в этой концепции пугает отсутствие воздействия личности учителя, а это снижает социализацию наших школьников и студентов. Отсутствие личностного воздействия не воспитает гражданина страны, а меня волнует, что будет с этой страной.

Наверняка какой-нибудь сумасшедший заведующий РОНО будет требовать от сельской школы внедрения электронного документооборота. Ведь сейчас как: думали, электронный журнал введут вместо бумажного, так нет — оставили оба. Мы все больше формализуем профессию учителя, поэтому рано или поздно от всех начнут требовать отчетности. Это бомба, заложенная в будущее. Хорошо, если эта концепция останется болтологическим документом, как говорится, строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения. Но беда в том, что там заложены финансовые интересы определенных кругов. Гранты пойдут не на повышение зарплаты учителям, а на развитие электронных ресурсов. Сейчас было бы актуальнее принести пользу образованию прямым вливанием денег. Я не говорю, что деньги все определяют.

Повысь мне зарплату в школе в десять раз, я лучше работать там не стану. Да и большинство людей, потому что там многие работают за идею. Вот если бы мне повысили мою зарплату в вузе в пять раз, наукой я бы стал заниматься лучше. А профессия учителя все-таки не та, куда идут за большими деньгами.

— Что же нужно делать, на ваш взгляд?

— Еще в 2010 году президент дал поручение создать в федеральных округах и при ведущих вузах сеть лицеев, таких как специализированные школы-интернаты при МГУ, СПбГУ. Чтобы талантливый школьник мог получить математическое образование, не уезжая навеки с Камчатки в Москву, а видясь со своими родителями на каникулах, а иногда и на выходных. Эта инициатива заглохла.

— При вузах создаются же...

— Вы опять говорите о Москве, которой хватает хороших школ. Математическое образование для какой-нибудь школы №57 ни в какой концепции не нуждается, потому что у них такие условия, что они могут игнорировать любые глупости, которые будут твориться вокруг. Но давайте подумаем о России. Ломоносовых больше не будет. Очень тяжело семье из региона отправлять ребенка на учебу в лицей в Москву и содержать его там. Лицеев в федеральных округах нет, а никакие лицеи при Высшей школе экономики их не заменят.

— Как вы жестко. Вы критикуете то, что еще только начало работать.

— А по-другому невозможно. Предупреждать надо громко, потому что глупости обычно делаются тихо и необдуманно. Ярослав Кузьминов не построил ни одной образовательной системы, кроме своей Высшей школы экономики. Да и то с великим экономистом Ясиным, Шохиным и с финансированием Минобрнауки и Минфина. Он ничего не понимает в среднем образовании. Или мой коллега по матмеху ЛГУ Андрей Фурсенко, который всю жизнь занимался наукой, но не имел никакого опыта в среднем образовании, реформу которого проводил. Я создал в своей жизни несколько образовательных систем и консультировал их создание. От частной начальной школы до ведущего в стране математического центра образования одаренных школьников. Я могу предъявить результаты моей работы, а пусть реформаторы покажут свои.

— Вы считаете, что личность педагога важна для ученика. Но бывают ведь и такие учителя, которые не являются выдающимися педагогами.

— Мы совершенно неправильно оцениваем понятие «выдающийся педагог». По нынешней системе аттестации учителей, чтобы получить высшую категорию, учитель должен писать научные статьи, участвовать в конференциях, предъявлять победы учеников на олимпиадах. Последнее, кстати, не задача учителя, это задача дополнительного образования — кружков и факультативов. Задача учителя — учить. В школе на окраине города идет урок русского языка, в классе половина учеников — дети мигрантов. Некоторые с нуля начинают учить русский. И если учительница научит этих детей общаться на русском языке, ценить его и научит их культуре поведения в нашей среде, то это уже великое достижение. И это гораздо важнее, чем если бы эта учительница писала научные статьи и ездила по конференциям.

У нас так мало великих учителей, потому что учителям приходится работать в скотских условиях. Вслед бумажной отчетности и бумажной аттестации рано или поздно последует «бумажная работа». У них есть конкретные задачи — воспитание, социализация и обучение. Учитель делает это, тратя душевные силы. Сейчас же получается ситуация, когда мы детей должны учить по инструкции. Хороших учителей было бы больше, если бы они работали в других условиях.

Великих учителей как раз не тронут, поскольку они приносят золотые яйца, которыми хвастаются в отчетах руководители РОНО. Даже в каком-нибудь маленьком городе лучшего учителя не тронут, закроют глаза на его репетиторство, потому что он детей начальников учит. Но для того, чтобы выросли эти великие учителя, и молодых не надо трогать. Они должны получить условия, которые бы их стимулировали. Знаете, был в 1990-е годы замечательный эффект: денег учителям не платили, но при этом руки не связывали. И в то время родилось столько замечательных учительских инициатив, потому что не было никакой формальности отчетности. Мы тебе мало платим, но не мешаем работать. А теперь стали платить регулярно, при этом достойно платить не стали, но зато стали связывать руки.

— Насколько изменились дети, которых вы учите, по сравнению с 1970–1990-ми годами?

— То, что современная молодежь хуже предыдущих поколений, говорят всегда. Но дети, правда, серьезно изменились, причем в худшую для обучения сторону. Во-первых, это клиповое сознание. У меня студенты теряют нить лекции, логические связки за 2,5–3 минуты. Из-за этого они не в силах что-то выучить. То есть их можно механически научить дифференцировать, а вот развить мышление — уже нет. Математика — это единственный предмет, который профессионально направлен на развитие мозга путем решения задач. Так вот школа превратилась в свалку формул и рецептов решения задач. Месяц решаешь квадратное уравнение, вызубриваешь формулу. Еще у студентов резко изменилась мотивация. Сейчас для многих обучение — это не средство получить профессию, образование, а средство получить корочки, с которыми они будут больше зарабатывать.

У детей очень плохо с памятью — из-за воплей идиотов о том, что дети перегружены, с них перестали спрашивать в школе. Раньше в гимназиях учили латынь и греческий. А в церковно-приходских школах — молитвы и Евангелие. Для чего? Чтобы память тренировать.

Еще у детей повышенный инфантилизм. Могу продемонстрировать объяснительную записку от студента: «Я систематически не делаю домашние задания по математическому анализу по причине того, что поздно возвращаюсь с работы и не успеваю выполнить домашнее задание к утру. Потому что ночью я либо отдыхаю, либо занят другими делами». Посмотрите на это? А вы говорите, что я нещадно критикую. Я доказал, что я педагогически успешен, несмотря на то что мне мешали много лет. Да и сейчас не всегда приятно, между прочим, ректору иметь в университете или директору лицея, моему бывшему ученику, такого педагога, который оспаривает мнение министерства. И не важно, что при этом вся работа делается успешно. Один народный учитель, приближенный к нашему руководству комитетом по образованию, говорит мне: «Как вы смеете выступать на Общественном совете и оспаривать мнение министерства?» Как смею? Кто-то же должен. Моя карьера — ни научная, ни должностная — из-за этого не сложилась. Поэтому, пока есть возможность говорить, я буду это делать. Мне дорога эта страна, но мне не нравится государство, которое развалило образование и науку. Но отделять себя от того, что творится в этой стране и в этом государстве, я не могу.

— Как много ваших учеников уехало на Запад?

— Талантливые уезжают очень часто. Мой второй филдсовский лауреат Стас Смирнов работает в Швейцарии. Программы мегагрантов не вернут никого. Он сюда приезжает на четыре месяца в году, распределяет деньги по своей лаборатории в России. Но он не сможет создать образовательную систему, научную школу для страны. Этим летом два сильнейших выпускника — Влад Волков, у которого две медали международных олимпиад, и Роман Бойкий, у которого одно золото, — должны были поступать в аспирантуру. Рома, узнав об условиях работы и обучения здесь, уехал за границу. Влад остался, за что ему спасибо. Из предыдущего выпуска лучший студент поступил в аспирантуру и у нас, и за границей, в итоге здесь бросил. Еще один защитился здесь и уехал в Сингапур, где у него есть возможность заниматься наукой и ездить по конференциям. Другое дело, что мне удается некоторым внушить, что аспирантуру надо закончить здесь, потому что все еще у нас обучение лучше, я могу направить их к конкретным выдающимся профессорам. У меня был один блестящий кружок, выпуск 1991 года. Этот кружок завоевал под десяток медалей международных олимпиад. Так вот из семи сильнейших ребят из этого кружка в России не осталось ни одного. Большая часть из них бросили заниматься математикой. Потому что финансовым аналитикам с Уолл-стрит платят больше.

Занятия математикой — это тяжелый умственный труд. Изматывающий мозг. Подумайте о Перельмане, когда он бросил все, что делал. Потому что за девять лет мозг оказался выжат, как губка.

К примеру, ребенок лежит в реанимации и родители не знают, выживет он или нет. Для математика задача, над которой он работает, — это тот же ребенок. Поэтому мои выпускники и пошли в финансовые аналитики: платят лучше, а закрыв дверь кабинета, они свои задачи оставляют на работе.

Профессионального математика задачи преследуют сутками, месяцами и годами. Разумеется, этим трудом хочется заниматься в пригодных для этого условиях. А разве можно это делать на зарплату молодого преподавателя без ученой степени? Поэтому и уезжают. У меня нет морального права их укорять, можно только учить больше людей. Потому что так хотя бы середняки останутся здесь. Кстати, во многих вузах уже сейчас некоторые молодые преподаватели — это не самые талантливые, это зачастую лентяи и бездельники, которые готовы обходится своей зарплатой, не сильно напрягаясь на работе. Оставить в вузах лучших — вот это огромная проблема для страны.

Между тем, как стало известно «Газете.Ru», спустя несколько дней после того, как состоялось это интервью, Министерство образования и науки дало указание разработать новую концепцию математического образования. Ею занимаются ученик Сергея Рукшина, Филдсовский лауреат Станислав Смирнов и руководитель Московского центра непрерывного математического образования Иван Ященко.

(продолжение)
-— Вы рассказали об общих проблемах образования. А если коснуться математики, то какая ситуация здесь?

— Уровень математического образования тоже снижается. Я поездил по стране и встречал школьников, у которых стоят «4» и «5» по геометрии, но которые из нескольких геометрических фигур на доске не могут выбрать параллелограмм, потому что не знают, что это такое. Но давайте скажем честно: всеобщее хорошее математическое образование стране не нужно — нужно мышление, которое формируют уроки математики. Не нужно ведь всем хорошее художественное образование. А вот математическое образование как инструмент развития мозга ухудшается. Знаете, добросовестность человека универсальна. Очень трудно быть добросовестным в одном и недобросовестным в другом. Падение уровня образования и требований по одному предмету неизменно понижает добросовестность учеников по отношению ко всем другим предметам. Хотя я понимаю, что если ребенка выращивают как математика, а если он еще, не дай бог, увлекся «спортивной математикой», все время готовится к олимпиадам, то у него просто физически не будет сил учить литературу на том же уровне, что и математику.

На детей надо тратить душевные силы, и делать это по должностной инструкции нельзя. Вряд ли же кто-то захочет, чтобы их ребенка лечил врач, у которого купленные зачеты и экзамены, нет времени на больного, потому что у него частные клиенты. А почему наша власть хочет, чтобы их детей учили плохие учителя? Хотя богатые люди отправляют учиться своих детей за границей, но там в школах учат хуже, чем у нас. Надо заканчивать с иллюзиями о всеобщем среднем образовании. Школы у нас не социальные институты, как в США. Мне один американский педагог сказал: если вы хотите знать, где ваш ребенок впервые попробует алкоголь, наркотики, сигареты и секс, не сомневайтесь, это произойдет в школе. А вот образование он там не получит. Россия — небогатая страна, мы не можем позволить себе школу как социальный институт.

Возвращаюсь к тому, с чего начал: мы должны определить фундаментальное ядро школьного курса. В 1970-е годы у нас привилось дурацкое выражение: «Этот ребенок — гуманитарий». Он «гуманитарий » не потому, что у него хорошо с литературой и историей, а потому, что плохо с математикой и физикой. То же самое происходит сейчас.

Нужно понять, какое образование необходимо для этой страны, и создавать его, а не профанировать, когда ребенок в девятом классе не может распознать параллелограмм. Школа завышает оценки и врет, врет и детям, и родителям.

— Так каким должно быть образовательное ядро?

— Я помню историю, когда в каком-то городе недавно у сварщиков взорвался баллон газа, были человеческие жертвы. Потом выяснилось, что эти балбесы из-за холода, который был на улице, стали нагревать этот баллон. Они не знали, что при нагревании газ расширяется и давление в баллоне повышается. Так вот это фундаментальное ядро — это то, что должны знать все. Определить это образовательное ядро — долгая и сложная работа. Бойтесь тех, кто вам сможет за десять минут рассказать, каким оно должно быть.

— Хорошо. Я переформулирую вопрос. Если бы вы, условно говоря, возглавляли какой-нибудь департамент общего образования, то с чего бы вы начали?

— У начальника департамента нет никакой свободы, он должен выполнять постановления вышестоящих органов. Даже министр образования не может делать то, что хочет, ему реформы спускают. Но я могу вам сказать, с чего бы я начал свою работу. Это то, о чем я говорил: я бы создал лицеи для талантливых детей в федеральных округах. Талантливые дети — это золотой фонд страны, они должны иметь возможность получить хорошее образование не очень далеко от своей семьи. Путь талантливого ребенка в МГУ, а после МГУ за границу мне не нравится. Второе, что бы я сделал, — развязал бы руки педагогам этих лицеев: они должны иметь возможность хорошо учить детей. У нас же по новому закону «Об образовании» все школы одинаковы, нет ни гимназий, ни лицеев. Зато решено ввести профильное обучение. А где мы возьмем хороших учителей по профильным предметам для всех школ страны, если их даже в Москве и Питере не хватает? Мы должны создавать узлы образования, которые при более благоприятных политических и экономических условиях в стране будут способны экспоненциально размножиться. Нужно создать президентские лицеи, куда бы брали действительно талантливых детей, чтобы была единая система их курирования. Кроме того, нужно создать специализированные школы для талантливых детей, причем в соответствии с региональными потребностями. Есть в Новокузнецке металлургические комбинаты, значит, им понадобятся инженеры. Так я бы и стал строить наше образование.

— Хоть что-то в нынешней реформе образования вы считаете приемлемым?

— В реформе образования — нет. Она назрела очень давно, но начинать нужно было совсем с других вещей. Какого лешего мы пишем стандарт учителя, если это ничего не изменит реально в нашей школе в лучшую сторону? Мы занимаемся несвоевременными вещами и не анализируем того, что происходит. К примеру, в стране якобы проходил эксперимент по ЕГЭ. Эксперимент — это когда мы сравниваем результаты контрольной группы испытуемых с остальными. Оказалось, что это был не эксперимент по ЕГЭ, а эксперимент по внедрению ЕГЭ, что все-таки несколько иное. Мы до сих пор не можем получить его результаты. ЕГЭ признали успешным, теперь его решили улучшать. Но если те скандалы, которые сотрясают каждый год страну, — это успех, то покажите, где неудачи.

Преступление против страны — позиционировать образование как услугу. Педагог не шлюха. Образование — это системообразующий институт нации, который мы утрачиваем. И это таящая угрозу национальной безопасности глупость, когда второе лицо государства не знает, что творится в образовании. Премьер-министр говорит, что ни разу не встречал учителя, который бы был недоволен и критиковал ЕГЭ. Очевидно, что вместо знания о реальном положении дел в стране его окружение демонстрирует ему потемкинские деревни. Не те картины, как реально обстоят дела, а те картины, которые приятно будет видеть начальству. А без видения реального положения дел нельзя проводить реформы.

Мне нравится только то, что, несмотря на реформы, сохраняются педагоги и образовательные институции, которые продолжают успешно работать. Но это происходит не благодаря реформе, а ей вопреки.

Олеся, как это страшно читать...

Читать действительно страшно, вопрос у меня - Что делать????????????
Дома - разговариваем, обсуждаем, читаем, учим, развиваем, общаемся, радуемся достижениям - а потом...
У нас дочь еще только в 3 классе, сын в школу через 2 года пойдет - муж уже планирует в Европе продолжать их образование...
У меня все (ВСЕ) знакомые в этом году 11классников-выпускников своих в Чехию отправили...Школа в России, университет в Европе, жить в Америку, наверное

svetofor, я, к сожалению тоже вынуждения думать в этом направлении, хотя люблю Россию безмерно...(

С одной стороны, закрытие Российской Книжной Палаты - это не новость образования. И не по ФГОСам.
С другой стороны, какая же это не новость образования, если теперь неясно, что вообще будет происходить с книгоиздательством? А отсюда и до ФГОСов недалеко!

http://slon.ru/fast/russia/rossiyskuyu-knizhnuyu-palatu-zakryvayut-pochemu-eto-vazhno-1031200.xhtml

Российскую книжную палату закрывают. Почему это важнее, чем РИА?

09.12.2013, 15:49  Даниил Александров 3

Наделавший много шума указ президента о ликвидации РИА «Новости» содержит один пункт, о котором мало кто говорит: прекращает существование Российская книжная палата (РКП).

«В целях повышения эффективности деятельности государственных средств массовой информации постановляю:
1. Ликвидировать:
…
б) федеральное государственное бюджетное учреждение науки «Российская книжная палата» (г. Москва) с последующей передачей закрепленного за ним на праве оперативного управления имущества в хозяйственное ведение федерального государственного унитарного предприятия «Информационное телеграфное агентство России (ИТАР-ТАСС)» (г. Москва)».
Глава ФГУП «Российская книжная палата» Елена Ногина в шоке.

«Я об этом слышу первый раз. И при чем тут ИТАР-ТАСС, если наша Палата занимается книгами?! Было много разговоров об объединении Российской государственной библиотеки и РКП, но об ИТАР-ТАСС речи никогда не шло», – прокомментировала Ногина «Известиям» сообщение о ликвидации.
В указе кроме означенного пункта об РКП нет больше ни строчки. Имущество передается ИТАР-ТАСС, но как быть с функциями? РКП присваивает книгам номера (в том числе международный ISBN), по которым их ищут в каталогах, формирует библиографическую базу, следит за рассылкой обязательных библиотечных экземпляров, устанавливает стандарты ведения каталогов, оформления ссылок, занимается статистикой книгоиздания. И это только малая часть задач, которые решает Книжная палата (подробности, кому интересно, в «Википедии»).

«Теоретически издательства способны сами регулировать вопросы, касающиеся ISBN, однако для этого все равно придется создавать какие-то структуры национального масштаба или хотя бы поддерживать уже существующие», – прокомментировал Slon ликвидацию РКП Алексей Куприянов, доцент НИУ ВШЭ (Санкт-Петербург), историк науки.
Кому, как, в каком порядке перейдут все эти функции – непонятно. ИТАР-ТАСС их исполнять не может просто по определению, и в библиотечном деле, библиографии, источниковедении, наконец, просто в книгоиздании образуется вакуум. Последствия для библиотек и для науки вообще могут быть катастрофические.

«Основной задачей РКП были создание и поддержание Государственного архива печати России, сбор и распространение библиографической информации, статистика издательского дела. Любому исследователю знакомы ценнейшие источники информации – “Книжная летопись”, издание которой началось еще в 1907 году и не прерывалось даже в годы революционных потрясений (хотя оперативность представления информации о новых изданиях сильно страдала), летопись периодических и продолжающихся изданий, летопись журнальных статей и прочие серийные издания справочного характера. Кто теперь возьмет на себя заботу об архиве и библиографических проектах? Это, пожалуй, главный вопрос, ответа на который в настоящий момент нет, – поясняет Куприянов и добавляет: – Уничтожение относительно исправно функционирующей национальной библиографической системы было бы чистым безумием».

    Математик и наставник Григория Перельмана Сергей Рукшин рассказал, в чем ошибки реформы российского образования  http://www.gazeta.ru/social/2013/11/22/5764921.shtml.

Новости от работников невидимого фронта. Учебники по системе Занкова собираются исключить из Федерального перечня учебников.
Давайте подпишем петицию?
Это что ж такое, сначала Занков, а там и РО уберут, и вальдорф, и прочие педагогики Льва Толстого?

http://www.change.org/ru/%D0%BF%D0%B5%D1%82%D0%B8%D1%86%D0%B8%D0%B8/%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D1%81%D1%82%D1%80%D1%83-%D0%BE%D0%B1%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F-%D0%B8-%D0%BD%D0%B0%D1%83%D0%BA%D0%B8-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9-%D1%84%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%B8-%D0%B4-%D0%B2-%D0%BB%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D1%83-%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B8%D1%82%D0%B5-%D1%83%D1%87%D0%B5%D0%B1%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8-%D0%BF%D0%BE-%D1%81%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%BC%D0%B5-%D0%BB-%D0%B2-%D0%B7%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0-%D0%B2-%D1%84%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%BD%D1%8C-2014-2015

"Обратиться к Вам вынудила неожиданно сложившаяся критическая ситуация – исключение учебников по системе развивающего обучения Л.В. Занкова, издаваемых ИД «Федоров», из сформированного проекта Федерального перечня учебников.

Это обстоятельство ставит под угрозу само существование в образовательном пространстве России известной во всем мире системы развивающего обучения, разработанной выдающимся педагогом, психологом, дефектологом, ярким представителем школы Л.С. Выготского Леонидом Владимировичем Занковым, перечеркивает результаты глубоких исследований, уникальный многолетний опыт педагогов, оригинальные разработки авторов программ и учебников.

В феврале 2014 года в соответствии с Приказом № 1047 Министерства образования и науки РФ Издательским домом «Федоров» был подготовлен и в положенный срок сдан в Минобрнауки для рассмотрения на Научно-методическом совете по учебникам весь необходимый комплект документов, в том числе положительные заключения научной, педагогической и общественной экспертиз по всем сорока двум учебникам.

Поэтому решение Научно-методического совета по учебникам (от 28 февраля) не включать в список рекомендованных все учебники системы Л.В. Занкова является неожиданным и трагическим для издателей, авторов учебников и для всего занковского сообщества. По сведениям, полученным от издателей, отказ был мотивирован сугубо формальными причинами: наличием в пакете документов не оригиналов заключений педагогической экспертизы, а их нотариально заверенных копий (что было сделано не просто с ведома, а более того, – по устной рекомендации конкретного сотрудника Министерства, принимавшего документы).

За прошедшие годы учебники системы Л.В. Занкова много раз проходили разного рода экспертизы и по их итогам регулярно включались в Федеральные перечни рекомендованных учебников. 

По учебникам системы Л.В. Занкова занимается около 13% учащихся начальных классов. Учителя, работающие по этому комплекту, достигли высокого профессионального уровня благодаря теоретической обоснованности и методической разработанности системы. И сейчас они лишаются возможности использовать качественные учебники и пособия – один из главных педагогических инструментов, обеспечивающих эффективность и результативность образовательного процесса.

Исключение из практики школ комплекта учебников по системе Л.В. Занкова в период внедрения в российское образование Федерального стандарта, построенного на идеях развивающего вариативного образования и системно-деятельностного подхода, в период подготовки профессионального стандарта педагога недопустимо.

Нашу тревогу разделяют тысячи учителей из всех регионов Российской Федерации и родителей, выбирающих для своих детей путь индивидуального оптимального развития личности.

Убедительно просим Вас до утверждения Федерального перечня учебников, то есть до 20 марта 2014 года, инициировать пересмотр решения, вынесенного Научно-методическим советом по учебникам Минобрнауки РФ.

Надеемся на Вашу поддержку в сохранении лучших традиций отечественного образования на принципах вариативности, открытости, развития."

Barbarella, а я тут как раз недавно со знакомой девочкой педагогом поговорила. Мне лень/некогда самой изучать программы школьные - я ей доверяю.
Она мне сказала, что Занкова - это супер- пупер самая продвинутая программа.
Не удивлена, что её исключают...

БлАндинка, детально не знаю, но в моем представлении это тоже хорошая программа, хотя многие родители не понимают ее. Для меня же важно то, что Занков, равно как и программа развивающего обучения Эльконина-Давыдова - это именно альтернатиные, НЕ традиционные программы. И без того мало школ осталось, занимающихся по ним.

подписала

Тоже подписала 🙂

Сын - второклассник. Честно сказать, я в шоке от нынешней системы образования и особенно от нелогичности, непоследовательности и просто дебилизма программы 2100. К сожалению, гимназии практически все идут по ней, так что выбирать не приходится...Где нужно подписать петицию о возвращении образовательных стандартов и учебников СССР? Как только я начинаю объяснять ребенку так, как это объясняли нам, он понимает! По моему глубокому убеждению, те господа, которые составляли нынешние учебники, думали прежде всего о себе и о том, как бы поумнее выглядеть в глазах коллег и рецензентов и уже в последнюю очередь о детях и родителях...
Да, я заканчивала школу в прошлом веке, но не особо напрягаясь в школе, посещая массу всяких секций и кружков и собирая тонны макулатуры, научилась вполне грамотно писать, имею представления о литературе, мировой истории и географии...И очень сомневаюсь, что мой ребенок закончит школу с таким же багажом
О наболевшем...

anna72, издание учебников нонче - бизнес.
мне все время не по себе. когда дети говорят (сегодня по Детскому радио): занималась танцами... в 1 классе стала не успевать из-за уроков, пошла в бассейн... сейчас во втором, в бассейн тоже теперь не успеваю, отказались...
други моя. а жить-то когда? и ведь ума эта гонка не прибавляет.

Barbarella
други моя. а жить-то когда? и ведь ума эта гонка не прибавляет.

Barbarella, тоже часто задаюсь этим вопросом. Вот эти баллы, рейтинги - это и есть образование?

Если позволите, копирну сюда статью, под каждым словом которой подпишусь.

Образование умирает, родители остаются

Реформы в школе начались четверть века назад, когда за партами сидело поколение родителей нынешних выпускников и студентов. С тех пор школьное образование переживает полосу бесконечных перемен и пребывает в затяжном кризисе. Но дети растут, и их учебу нельзя отложить до тех пор, пока дела в образовании наладятся. Что же делать родителям?
Этот вопрос я задала своим коллегам. На мои вопросы ответили, не советуясь друг с другом, двенадцать учителей — литераторы, математики, историки, преподаватели иностранного языка, географии и других предметов, а также школьный психолог.

О пользе кризиса

Первое и главное, к чему коллеги пришли, не сговариваясь, это неожиданный вывод: кризис образования возвращает семье ее место в воспитании и обучении ребенка. Родители слишком привыкли полагаться на школу: она дает знания, она социализирует ребенка… Но школа — крайне несовершенный, к тому же основанный на принуждении механизм социализации.
И кризис образования — это даже хорошо: он дает семье шанс подумать о смысле и целях образования. «Школе уже нельзя передоверить ребенка, — пишут коллеги, — и это хорошо: значит, ребенок возвращается в семью».
Известно, что «образование» — это калька с немецкого Bildung: придание образа, создание образа. И главное, о чем родителям стоит задуматься, — это тот образ, который они хотят придать своему подрастающему ребенку. И, естественно, насколько школьное обучение соответствует этой задаче.
Современная школа воспитывает наемного работника. Ее задача — обучить за определенное время и минимум денег максимум работников, которые должны будут найти свое место в рамках существующей экономики. Совпадает ли эта задача школы с теми задачами, которые ставит перед собой семья? Можем ли мы передоверить школе обучение своих детей?
Естественно, выбор школы значит очень много. В одной школе дети расцветают, в другой чахнут. «Попасть в хорошую школу» — главная задача, которую ставят перед собой родители. Они проводят маркетинговые исследования и меняют квартиры, чтобы поселиться в микрорайоне выбранной школы, они готовы идти на любые жертвы, чтобы обеспечить ребенку место в ней.
Потому что школа — это не только аттестат и знания, но и круг друзей на всю жизнь, и связи, и возможность поступления в нужные вузы — по сути, единственный еще как-то работающий социальный лифт.
Но впихнуть ребенка всеми правдами и неправдами в «топовую» школу, которая воспитывает победителей олимпиад и стобалльников ЕГЭ — вовсе не гарантия успеха. Не каждый ребенок нацелен на академические достижения. А успешность школы оценивается именно по ее академическим достижениям. И даже самые ярые приверженцы гуманистической педагогики, уверенные в том, что основная задача и семьи, и школы — это воспитать личность, на школьных собраниях ерзают и требуют перейти от этих абстракций к вопросу подготовки к ЕГЭ.

Бои без правил

Родители уже давно включились в образовательную гонку, в которой дети, как скаковые лошади, должны непременно прийти к финишу первыми. Их тренируют, натаскивают с малолетства, на них только что не делают ставки (впрочем, отношение к детям как к затратным инвестиционным проектам, которые должны в будущем окупиться, — уже не дикость, а общее место). Психологи уже не первый год говорят, что самый популярный родительский запрос к ним — определите, к чему у дошкольника есть способности, чтобы не промахнуться с выбором школы, не ошибиться с объектом инвестиций.
Появление ЕГЭ, олимпиад, школьных и вузовских рейтингов отформатировало эту систему; теперь желающие участвовать в гонке могут пытаться выбрать более или менее успешные стратегии победы. Беда в том, что правила несовершенны и часто меняются на ходу (статус олимпиад или введение школьного сочинения), коррупция превращает основанные на честности стратегии в безусловно проигрышные (так случилось со «сливом» решений ЕГЭ минувшим летом), а «оптимизация» образовательных учреждений то и дело ставит под угрозу само существование многих школ, в том числе из числа лидеров региональных и общероссийских рейтингов. Честно играть по этим правилам невозможно. Цена вопроса очень высока. Многие российские семьи не могут себе позволить обучение ребенка на платном отделении в хорошем вузе. И даже если ребенок попал на бюджетное — его часто ждет глубокое разочарование в выбранном вузе и специальности. Вузы тоже в кризисе.
Поэтому семьи, выбирая для себя игру по правилам, выбирают вместе с ней стресс, неврастению и панику для себя и своих детей: усилия детям и родителям приходится прикладывать максимальные, финансовые затраты огромные, однако конечный результат, если считать за таковой поступление в выбранный вуз на бюджет, не зависит ни от усилий, ни от затрат.
Некоторые семьи сразу отказываются играть по этим правилам. Иногда все понятно с самого начала: особенности ребенка вообще не позволяют ему удержаться в школьной среде. Иногда родители видят конечную цель образования в формировании личности, а не в попадании в вуз, иначе расставляют приоритеты, чувствуют в себе достаточно способностей учить ребенка самостоятельно — отсюда хоумскулеры, приверженцы семейного обучения. Однако нельзя сказать, что их жизнь вполне избавлена от стрессов и паники: государство и здесь сужает поле возможностей в области экстерната и семейного обучения, прикрывает школы надом­ного обучения…
Кажется, куда ни кинь, всюду клин. Невозможно выиграть у шулера, невозможно просчитать, как быть.
Похоже, в этой ситуации как никогда актуален циничный совет расслабиться и получать удовольствие.

Гулять, играть, исследовать

Самое главное, наверное — это твердая уверенность, что школа для ребенка и его семьи — это не вся жизнь. Что оценки означают только одно: работа ребенка соответствует или не соответствует требованиям этого учителя в этой школе. Что жизнь семьи, ее отпуска и каникулы, ее праздники, настроение и отношения друг с другом не могут и не должны зависеть от школьных оценок ребенка.
И даже если ребенок не особенно хорошо учится в школе — за ее пределами должны существовать не только уроки и компьютер, но и большой, разнообразный, интересный мир.
Знакомство с этим миром тоже стоит начинать не с сидения за партой и не с предъявления карточек по Доману и презентаций с картинками. Ребенок учится, познавая предметный мир, — так надо дать ему материал для познания мира. И не торопиться каждую минуту впихивать ему в голову академические знания, повторяя на пляже устный счет. На пляже лучше плавать и строить замки из песка. Поле и речка, огород и прабабушкин курятник, муравейник в лесу, птицы в кормушке дают множество материала для «развивающих занятий». Только, разумеется, не в лекционной форме. Самое лучшее — разговаривать, вместе рассматривать, вместе изучать.
Важно учить ребенка что-то делать своими руками. Человек, умеющий держать в руках только вилку или компьютерную мышь, лишен чего-то очень существенного в жизни. Здесь на помощь придут многочисленные кружки, студии и эпизодические мастер-классы. Но можно и собраться с друзьями — и по очереди чему-то учить детей: вязать, готовить, красить стены, клеить обои. Иногда при этом можно помочь другим людям. Никогда, кстати, я не видела на лицах наших дачных детей такого азарта, как в те полтора часа, когда они, движимые тимуровскими побуждениями, тайком уложили кучу привезенных немолодой соседке дров в поленницу под крышей — от надвигающегося дождя.
Важно не торопиться. Не предлагать ребенку все ответы до того, как у него появились вопросы. Если торопиться, вопросы могут не появиться никогда. Современные психологи все чаще говорят о том, что дети, которым слишком торопились всё рассказать об устройстве мира, теряют желание изучать этот мир.
Для дошкольника важно играть. И с другими детьми, и со взрослыми. Игра — это не пустяк: в игре ребенок учится воле и выдержке, планированию своих действий, спокойному отношению к проигрышам и поражениям, настойчивости, — всему тому, что потом так нужно в школе. Более того, играя вместе со взрослым в одной команде, ребенок может перенять более сложные стратегии. Некоторые семьи держат дома большой запас настольных игр, которые обеспечивают и взрослых, и детей хорошим общим занятием на целые вечера.
Даже всеми проклятых компьютерных игр не стоит бояться, если родители играют в них вместе с детьми: ничто так не укрепляет родительско-детские отношения, как совместно выигранный раунд «Конкистадора» или несколько партий в «Крокодил». Многие выросшие дети сейчас с удовольствием вспоминают уютные вечера, когда вместе с папой бегали по инопланетным лабиринтам и спасались от космических монстров.
И телевизор вместе можно смотреть, если выбирать, что именно смотреть, и обсуждать то, что видишь. Например, лет в 10, когда дети начинают входить в возраст бурной социализации, многие с удовольствием смотрят подростковые сериалы вроде «Ранеток» или «Кадетства». Одни родители брезгливо запрещают смотреть «эту гадость», другие смотрят вместе с детьми и обнаруживают, что на примере телевизионных историй с ребенком можно спокойно обсудить сложные этические проблемы, поискать пути выхода из конфликтных ситуаций, задуматься о причинах поступков других людей.
Главное — не пользоваться телевизором, компьютером и планшетом как заместителями родителей.

Разговаривать

А вот бабушек и дедушек мобилизовать для разговоров с ребенком, чтения ребенку, прогулок с ребенком — милое дело. Только надо убедиться, что и родители, и бабушки с дедушками одинаково хорошо понимают разницу между «разговаривать с ребенком» и «говорить в сторону ребенка».
Разговаривать — как можно больше. Кто с ребенком больше всего общается, тот его и формирует. Однако процесс общения в самом деле сильно отличается от процесса выдачи ценных указаний. Разговор может быть только равноправным, доверительным и уважительным — о мыслях, чувствах, текущих событиях, о прочитанном и увиденном, о политических новостях, об устройстве общества — обо всем, что интересует ребенка.
При этом очень важно и самому его спрашивать, и на его вопросы отвечать уважительно и толково, не отделываясь отговорками: «потому что потому», «спроси что-нибудь полегче», «нос не дорос», «вырастешь — сам поймешь»… Это исключает всякую возможность диалога.
И — рассказывать. О себе, своих делах, своей работе, если вы ее любите. О своем прошлом: история страны в рассказах родителей и бабушек-дедушек — всегда красочнее и ближе, чем в учебнике.
Чтение вслух — просто обязательно. Именно чтение вслух дает темы для дружеских и доверительных разговоров, материал для обсуждения и колоссальные возможности для обучения новому — причем в спокойной и дружелюбной обстановке.
А вот делать уроки лучше не с мамой и не с папой, особенно если они заводятся с пол-оборота. Лучше или спокойного репетитора нанять, или с дружественными родителями договориться, чтобы дети делали уроки вместе, а присматривать за ними и помогать им по очереди (при чужих и дети, и родители постесняются устраивать сцены). И родительская роль здесь — именно помогать, а не стоять над душой. Не размахивать кнутом и пряником, а учить ребенка планировать работу, организовывать ее, контролировать себя.

Гулять и общаться

Домашние библиотеки, лаборатории и домашние творческие проекты, совместные опыты, совместное чтение, совместные разговоры — именно это, а не ранняя подготовка к школе, формирует прочный фундамент для желания учиться.
Впрочем, если удастся найти ребенку кружок, где дети и взрослые увлеченно заняты каким-то делом — это ему только на пользу. Система дополнительного образования еще существует. Есть кружки при школах, есть дома детского творчества (бывшие дома и дворцы пионеров), — и здесь надо очень внимательно изучать существующие в окрестностях возможности.
А если их не существует — создавать их самостоятельно: кооперироваться с друзьями и придумывать для своих детей и детей своих друзей походы, поиски кладов, вылазки на природу. И научные кружки, разумеется (скажем, в книжке
А. К. Звонкина «Малыши и математика» описан именно такой опыт).
И обязательно, если нет возможности много путешествовать, — ходить и смотреть даже в своем городе: как приходят на вокзал и уходят поезда, куда едут, что везут. Как работает аэропорт, как загружают самолеты, как они взлетают и садятся. Как отправляют посылки, какие в порту стоят корабли, как и когда сажают деревья, как работают светофоры на перекрестках, как шьют одежду и обувь, как чинят вещи, как растет пшеница… Обязательно нужны экскурсии на производство, и, если нет возможности их организовать, родители могут рассказывать детям о своей работе, приводить детей к себе на работу. Редакция газеты и вечерняя школа, трамвайное депо и завод, проектное бюро и нотариальная контора — детям полезно видеть изнутри, как устроена реальная жизнь, а еще полезнее — видеть маму и папу в роли уважаемых и компетентных работников, умеющих делать интересное и полезное дело, этим делом увлеченных. Родители открываются для детей, видящих их дома в положении «дайте мне лечь и тихо помереть», с совершенно новой стороны.
Кстати, для профессионального самоопределения у нынешних детей тоже больше возможностей, чем у детей предыдущих поколений. Для них есть проекты, позволяющие познакомиться с азами профессий, взглянуть на них изнутри — например, «Булки не растут на деревьях» (http://boolkee.ru/ ), экскурсии на производство ProektPro (http://proekt-pro.ru) — аэропорт, больница, редакции, радиостанции и тому подобное. Многочисленные туристические фирмы предлагают самые разные детские экскурсии — правда, обычно со стандартным набором: хлебозавод, «Кока-кола», завод елочных игрушек, «Мосфильм», народные промыслы, но можно найти и типографию, и авиационный завод, и оптико-механический, и театральное закулисье, и пожарное депо, и даже Госдуму.

Общаться  и путешествовать

Более того: у родителей есть знакомые, а эти знакомые обычно — интересные люди, если уж мама с папой решили с ними дружить. А вот самое лучшее образование — это передача знаний и опыта от человека к человеку. Детей надо знакомить с интересными людьми. Даже если ребенок тихо сидит и слушает взрослый разговор — ему это иной раз дает больше, чем целая неделя школьных уроков или целый день бабушкиных нотаций. Ну, разумеется, если это не разговоры про «все бабы дуры».
А еще есть публичные лекции, на которые детей можно водить, и записи этих лекций в интернете, есть выставки, театры, музеи и концерты.
Если ребенку трудно читать толстые программные книги — существуют экранизации и театральные постановки пьес и инсценировки романов, только это тоже надо делать вместе, иначе ничего не выйдет.
Даже если ребенок остается в обычной массовой школе — существуют вечерние кружки в других школах, летние и каникулярные программы, экспедиции, лагеря, где чадо можно не только развлекать, но и занять делом.
Если позволяют время и деньги, надо путешествовать. Увидеть мир глазами и потрогать руками — совсем не то, что прочитать про него в учебнике или даже посмотреть по телевизору. Когда ребенок сам видит, как в стране собирают оливки и жмут виноград, как вдоль дороги растет хлопок, как выглядят городские кварталы, когда понимает, к примеру, что все машины на дороге этой страны — иностранные, с ним гораздо проще обсуждать структуру экономики и причины экономического кризиса, чем на уроке географии. 

Помогаем учиться

Разумеется, школьную программу так или иначе надо осваивать. И в столице, и в других городах сейчас существует еще некоторое количество неказенных школ, где работают интересные учителя. Вот, пожалуй, интересные и доброжелательные учителя — это именно то, что стоит искать для своего ребенка. Это, возможно, даже важнее, чем школьные рейтинги и статистика по поступлению выпускников в топовые вузы. Недаром при поступлении в школу всегда говорят: ищите не учебное заведение, а первого учителя: именно от него будет зависеть, как у ребенка с самого начала сложатся отношения со школой.
Иногда кажется, что выучить ребенка в школе невозможно без репетиторов по всем предметам. Это обусловлено и перенасыщенностью школьной программы, и тем, что учителя часто не в состоянии проконтролировать, где и какие у каждого ребенка образовались пробелы — не то что восполнить их. И с тем, что дети сами не привыкли задавать вопросы и просить о помощи. Важно еще учить ребенка не стесняться спрашивать, если он чего-то не понимает, уточнять и выяснять. Наша учительница французского языка говорит: «Дети часто пассивны в учебе. Главное — не бояться интересоваться, узнавать всегда, не оставлять непонятым, задавать вопросы, думать и размышлять не только когда надо делать уроки, а просто всегда — вот чему родители должны учить детей. Особенно, если этому не учат учителя в школе».
Но и родительская самоорганизация здесь может очень многое: один занимается со своими и соседскими детьми иностранным языком, другой математикой, третий физикой: спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Кстати, храмы здесь могут помочь своим прихожанам, бесплатно предоставив помещение для занятий (в некоторых храмах прихожане-преподаватели давно занимаются с детьми на добровольных началах — кто английским, кто русским, кто рисунком…)
Иногда родительская самоорганизация приводит к удивительным результатам: именно так в начале девяностых годов прошлого века появились хорошие авторские школы, многие из которых работают и сейчас.
Из желания одной мамы научить чему-то своих детей и добровольной некоммерческой работы увлеченных своим делом ученых и педагогов родился проект видеоуроков «Ученые — детям» (http://childrenscience.livejournal.com).
Кстати, интернет-уроки — реальное спасение для отстающих, запустивших учебу, много и часто болеющих. Самая большая, наверное, подборка уроков по всем школьным предметам — тут:
http://interneturok.ru/ru.
Не у всех получится и не всем годится, но восполнить то, что недодают в школах, за счет возможностей интернета — вполне реально, тем более что уже существуют не только интернет-уроки, но и репетиторство по скайпу. Можно заняться ручной сборкой подходящих программ по проседающим предметам; это особенно удобно, если одновременно освоить возможности предусмотренного законодательством индивидуального учебного плана, экстерната или семейного обучения.
Старшие дети и родители найдут курсы лучших мировых вузов на «Курсере» (www.coursera.org). Там, кстати, есть курсыроссийских вузов на русском языке, а некоторые курсы снабжены русскими субтитрами. Умные старшеклассники, разумеется, найдут много интересных лекций на английском TED (www.ted.com) и русском T&P (theoryandpractice.ru); кстати, для москвичей здесь есть список всех примечательных публичных лекций и открытых мастер-классов на ближайшие даты, и курсов, на которые можно записаться в ближайшие полгода. Это курсы для взрослых. Но, как правильно заметил один из наших математиков, «ребенку очень полезно видеть, что его родители что-то учат сами прямо сейчас. Так что вместо того чтобы отдавать ребенка очередному репетитору, стоит взять репетитора себе и наконец выучить испанский язык, научиться играть на флейте и так далее».

Покой и воля

При всем обилии занятий, курсов, кружков нужно оставить ребенку некоторое личное пространство. Иногда родители гордо говорят: «у меня ребенок постоянно занят, ему некогда заниматься глупостями». А ученик иной раз тихо пожалуется: у меня второй месяц лежит интересная книжка, а дочитать некогда, все время находятся более срочные занятия. Вот это время побыть наедине с собой, по­думать, почитать, никуда не торопясь, — это очень важное время для формирования человека, его нельзя отнимать и лихорадочно заполнять разнообразными учебными занятиями.
Больше того, каждый ребенок рано или поздно переживает период охлаждения к любимому делу. Каждый проходит через усталость и разочарование. От непрерывной учебы наступает некоторое отупение. И в это время надо позволить ребенку отойти в сторону и переключиться на то, что ему сейчас интереснее. Если он действительно любит математику или китайский — он вернется, хотя, может быть, нагнать будет труднее. Если нет — лучше оставить нелюбимое дело сейчас, чем на пятом курсе платного вуза.
Поступление в вуз — не конечная цель процесса образования. И получение диплома тоже. Но само по себе бесконечное образование — тоже не самоцель. А что — цель?
Давайте думать.

Автор: Ирина Лукьянова (http://www.foma.ru/obrazovanie-umiraet-roditeli-ostayutsya.html)

это что ж такое??!!?!
похоже, НАВЕРХУ и впрямь задались вернуться к "единстенно верной советской системе образования"
программу по математике Петерсон тоже не включили в федеральный перечень!

Добро пожаловать в 1924 год!


https://www.change.org/ru/%D0%BF%D0%B5%D1%82%D0%B8%D1%86%D0%B8%D0%B8/%D0%BB%D1%8E%D0%B4%D0%BC%D0%B8%D0%BB%D0%B0-%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0-%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B1%D0%B8%D1%86%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D0%B2%D0%BA%D0%BB%D1%8E%D1%87%D0%B8%D1%82%D0%B5-%D1%83%D1%87%D0%B5%D0%B1%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8-%D0%BF%D0%BE-%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B5-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-1-4-%D0%BA%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%BE%D0%B2-%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D0%B9-%D1%88%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D1%8B-%D0%BB-%D0%B3-%D0%BF%D0%B5%D1%82%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD-%D0%B2-%D1%84%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%BD%D1%8C-2014-2015-%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0

"Обращаемся к Вам в связи с беспрецедентной ситуацией, сложившейся вокруг учебников математики для 1-4 классов начальной школы автора Л.Г. Петерсон, доктора педагогических наук, профессора, лауреата премии Президента РФ в области образования: учебники не вошли в проект Приказа Минобрнауки РФ «Об утверждении федерального перечня учебников» на 2014-2015 учебный год. Причина – отрицательное заключение одного из трех экспертов Российской академии образования при наличии двух положительных по всем критериям педагогической экспертизы, что явилось основанием для отклонения учебников Научно-методическим советом при Минобрнауки РФ.

Результатом организованного на официальном сайте Центра системно-деятельностной педагогики АПК и ППРО РФ (www.sch2000.ru) открытого общественно-профессионального обсуждения полных текстов отрицательных экспертных заключений РАО и приложений к ним стало следующее совместное заявление:

1.      Данные отрицательные экспертные заключения РАО не мотивированы, содержат значительное количество логических и математических ошибок, не соответствуют фактическому положению дел и не подтверждаются практикой;

2.      Признание таких экспертных заключений в качестве единственного основания для запрета к использованию востребованных и результативных учебников по математике будет означать полную дискредитацию не только научной репутации РАО, но и нового Порядка экспертизы учебников в целом;

3.      Изъятие из федерального перечня учебников по математике для 1-4 классов автора Л.Г. Петерсон, в течение последних 20 лет используемых каждым пятым учителем начальных классов и каждым третьим родителем в России, приведет к снижению качества математического образования наших детей, поскольку данные учебники подтвердили свою эффективность, о чем свидетельствуют наши практические результаты и многолетние статистические исследования на значительных массивах учеников начальной и средней школы.

Считаем, что решение о не включении данных учебников во вновь формируемый федеральный перечень требует пересмотра с учетом крайне низкого качества единственного отрицательного экспертного отзыва при подавляющем большинстве положительных ответов других экспертов РАО (2 из 3 или 3 из 3) по всем критериям педагогической экспертизы и наличии положительных заключений на данные учебники научной и общественной экспертизы.

Просим Вашего содействия в благополучном и справедливом разрешении данной ситуации и надеемся на Ваше позитивное решение."

+

Sova, замечательные мысли... Жаль, что воплотить их не получается. Ловлю себя на мысли, что мне некогда разговаривать с ребенком. От силы мин. 5-10 перед сном. Остальное время мы уроки учим.... И не потому, что ребенку требуется много времени, а потому, учась во 2 смену и приходя в 18-19 часов домой мало что успеваем кроме уроков.
Подруга, переехавшая в Израиль с сыном 15 лет и родившая там дочку начала с ней рьяно учить уроки, заниматься дома дополнительно и.т.п. Через некоторое время ее вызвала учительница и сказала, не надо дома вообще заниматься, ребенок сам должен сделать то, что задали, если сделает плохо, то он не понял это в классе и мы с ним позанимаемся дополнительно! Если он не понял, значит мы ему плохо объяснили...а родитель должен разговаривать с ребенком о жизни, гулять по пляжу и читать книги...
Все слушавшие это подруги, мамы детей, учащихся в российских школах, заплакали...

anna72, смею утверждать, что, если школа уберет обязят. дом. задания, родители сами этому не обрадуются. и будут "учить, учить и учить". У нас другая матрица зашита.

Barbarella
anna72, смею утверждать, что, если школа уберет обязят. дом. задания, родители сами этому не обрадуются. и будут "учить, учить и учить". У нас другая матрица зашита.

Я полностью за домашнее задание, но если ребенок что-то не понял в школе и получил, например, за самостоятельную работу 2, это будет вина его и родителей! Только и слышим от учителей, устраните пробелы в знаниях, занимайтесь дополнительно! А почему это должны делать родители? Ну, это вопрос вообще к системе образования...
Все сами, и лечим и учим...

Я не понимаю тех, кто в началке не успевает учить уроки... Всегда удивляюсь, когда слышу, что "учим уроки до часу ночи" - как, зачем, почему????
У меня оба учатся по 2100, уроки с ними никогда не учили, успевают и в музыкалку, и на танцы, и ерундой позаниматься.

Кима, это как с новорожденными. Одни голову помыть не успевают, другие работают под лялькино сопение из кровати. Дети разные, учителя в школах тоже разные, программы разные, а сочетаний этих трех "разниц" - бесчисленное множество.

Barbarella, согласна. Но слышала про учебу часами и от одноклассников, поэтому удивляюсь. Еще больше удивляюсь олимпиадам, рефератам, докладам, вышивкам, которые делаются родителями. Может, мамы наверстывают то, чего недополучили в школе?)))

Barbarella
anna72, смею утверждать, что, если школа уберет обязят. дом. задания, родители сами этому не обрадуются. и будут "учить, учить и учить". У нас другая матрица зашита.

Олеся, не будут!!!! Мы возрадуемся!!!! Но лично я за качественное образование.
А если будут учить так как у нас учат в 95 процентах гос школ - оно и понятно почему матрица такая..((

anna72

Barbarella
anna72, смею утверждать, что, если школа уберет обязят. дом. задания, родители сами этому не обрадуются. и будут "учить, учить и учить". У нас другая матрица зашита.

Я полностью за домашнее задание, но если ребенок что-то не понял в школе и получил, например, за самостоятельную работу 2, это будет вина его и родителей! Только и слышим от учителей, устраните пробелы в знаниях, занимайтесь дополнительно! А почему это должны делать родители? Ну, это вопрос вообще к системе образования...
Все сами, и лечим и учим...

а у нас давно уже г-во перешло на "совместное" обучение детей.
У нас в садике работают по программе Сообщество - там черным по белому написано, что результат успешного обучения детей, заключается в СОВМЕСТНОМ выполнении работ в садике и дома.
Воспитатели вывешивают в и-нете программу на неделю и дают домашки для выполнения родителями с детьми (но при этом должна сказать, они и сами немало в садике делают и учат детей...)

Но хочу я сказать Вам, уважаемые родители, в этой теме совсем о другом.


А именно, о том, что идет массовое наступление на саму идею вариативности обучения. Закрадываются мысли - а долго ли осталось жить такой форме обучения, как "семейное", дающее реальную возможность альтернативного образования?

«Бывали хуже времена, но не было подлей». Обращение Александра Асмолова



Александр АСМОЛОВ, доктор психологических наук, профессор, зав. кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ им. М.В.Ломоносова, директор Федерального института развития образования: - 22 февраля, в день своего 65-летия, я написал заявление о выходе из президиума Российской академии образования. 24 февраля мое заявление приняли, но сказали, что со мной будут общаться по этому поводу. Пока не буду строить предположений о том, что под этим подразумевается и какие может иметь последствия. Все может обернуться самым неожиданным образом. Что же касается причин, которые побудили меня написать такое заявление, могу сказать, что вообще в мире нет явлений, которые могли бы быть обусловлены одной-единственной причиной. Я скажу лишь о двух мотивах своего решения (www.ug.ru).

С протестом против резкого сокращения вариативности учебников выступил в "Учительской газете" Александр Асмолов, доктор психологических наук, профессор, зав. кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, директор ФИРО.
Поддерживаем позицию и приводим полную версию обращения ученого, которая не доступна для чтения на сайте газеты.
"Прежде всего я считаю для себя невозможным присутствие в структурах, которые делают из меня человека, обязанного невольно демонстрировать молчаливое одобрение того, как на моих глазах уничтожается культура достоинства в образовании, отрицается ценность идеи вариативного образования, рушится уникальное направление культуры, связанное с замыслами выдающегося психолога Льва Выготского, создателя образовательной системы «Школа 2100» Алексея Леонтьева и др. Когда видишь все это, приходит ощущение, что нужно либо при этом не присутствовать, либо что-то сделать, сказать, выступить. Именно поэтому я решил, что не могу находиться внутри президиума РАО и делать вид, что все правильно, что я разделяю все это. Это было просто по-человечески невозможно. Вот первая из причин.
Вторая причина состоит в том, что сегодняшняя ситуация кажется мне яркой иллюстрацией некрасовской строки «Бывали хуже времена, но не было подлей». Идеология вариативного образования, свободы, культурно-исторического развития, как когда-то генетика, психология и ряд других наук, подвергается жестокому остракизму, претерпевает бездумные удары тех, для кого во главе образования стоят чисто коммерческие интересы. Когда понимаешь что Выготский, Ушинский, Лихачев, Окуджава - это не главное, главное - бизнес, становится крайне обидно. Я этого не признаю. Я считаю, что образование не для прибыли, оно для достоинства, для жизни, для развития.

Своим уходом я хочу сказать, что все равно буду действовать. Думаю, потребуется какое-то время, чтобы идея вариативности образования зазвучала вновь, но я уверен, что надолго замолчать нас не заставят".

https://www.facebook.com/gse.hse

БлАндинка

Barbarella
anna72, смею утверждать, что, если школа уберет обязят. дом. задания, родители сами этому не обрадуются. и будут "учить, учить и учить". У нас другая матрица зашита.

Олеся, не будут!!!! Мы возрадуемся!!!! Но лично я за качественное образование.
А если будут учить так как у нас учат в 95 процентах гос школ - оно и понятно почему матрица такая..((

увы, увы и увы. Мы сами обучены по-другому, и поэтому нам страшно, когда с нашими детьми начинает происходить что-то "не так".
Говорю из опыта, а не "из головы".

БлАндинка
а у нас давно уже г-во перешло на "совместное" обучение детей.
У нас в садике работают по программе Сообщество - там черным по белому написано, что результат успешного обучения детей, заключается в СОВМЕСТНОМ выполнении работ в садике и дома.

обр. учреждения пытаются найти баланс. Ведь без участия родителя в жизни ребенка не будет образоват. результата ,а если и будет, то без практического жизненного толку. но баланс соблюден быть не может, все в гонке. нет золотой середины.

продолжение истории про федеральный перечень учебников.

http://izvestia.ru/news/567262#ixzz2vpQMS7RU

"Минобрнауки подготовило новый федеральный перечень учебников

В масштабном сокращении списка учебных пособий эксперты видят лоббирование интересов издателей

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Владимир Суворов

Министерство образования и науки РФ подготовило приказ об утверждении федерального перечня учебников, рекомендуемых к использованию при реализации образовательных программ начального, основного и среднего общего образования на 2014/15 учебный год. Согласно приказу (есть в распоряжении «Известий»), на данный момент в перечень вошло менее 1,5 тыс. учебников, однако список еще не до конца сформирован. Ранее перечень рекомендованных учебных пособий насчитывал свыше 3 тыс. изданий, однако после проведения нескольких проверок в ведомстве решили сократить список почти в два раза. Помимо этого, образовательные учреждения теперь смогут выбирать учебники только в рамках утвержденного списка — ранее такого ограничения не было.

— Порядок формирования федеральных перечней учебников был изменен в сентябре 2013 года. В первую очередь это связано с новым законом «Об образовании в Российской Федерации», который вступил в силу 1 сентября 2013 года. Законом закреплено, что общеобразовательные учреждения имеют право использовать в образовательном процессе только те учебники, которые входят в федеральный перечень учебников. Раньше он формировался по результатам двух экспертиз — научной и педагогической. При этом существовала только функция включения в перечень и не было предусмотрено возможности исключения, — пояснили в пресс-службе Минобрнауки.

В ведомстве также отметили, что перечень учебников будет формироваться раз в три года, а ежегодный пересмотр перечня, как это было раньше, видится неэффективным. Еще одно новшество — процедура исключения учебника из перечня при выявлении его несоответствия требуемым нормам. Школы не сразу будут обновлять учебники. В Минобрнауки отвели переходный период на замену учебников, которые были приобретены образовательными учреждениями, они будут использоваться, пока не истечет срок износа (в среднем он составляет 5 лет).

Согласно новому списку, для начальной школы (1–4-й классы) составлен список учебников по русскому языку (61 учебник, включая буквари), литературному чтению (36 учебников), иностранным языкам (английский, немецкий, французский, испанский и финский; 49 учебников), математике (44 учебника), обществознанию и естествознанию (36 учебников), основам религиозных культур и светской этики (15 учебников), изобразительному искусству (36 учебников), музыке (37 учебников), технологии (43 учебника) и физической культуре (24 учебника).

В основной школе (5–8-й классы) список учебников более обширный: по русскому языку (34 учебника), литературе (35 учебников), иностранным языкам (английский, немецкий, французский, испанский и итальянский; 101 учебник), истории России (20 учебников), всеобщей истории (26 учебников), обществознанию (20 учебников), географии (31 учебник), математике (31 учебник), алгебре (33 учебника), геометрии (16 учебников), информатике (13 учебников), физике (24 учебника), биологии (60 учебников), химии (17 учебников), изобразительному искусству (19 учебников), музыке (14 учебников), труду и ведению дома (28 учебников), физкультуре (11 учебников) и ОБЖ (17 учебников).

В «списке литературы» для среднего общего образования (9–11-й классы) сразу же бросается в глаза разделение учебников на две подкатегории — базовый и углубленный. Это вписывается в концепцию Минобрнауки, согласно которой уже в 2015 году Единый государственный экзамен будет разделен на два уровня: базовый и профильный. Так, при поступлении в технический вуз абитуриенту придется сдавать профильную математику и базовый русский язык. А при поступлении в гуманитарные высшие учебные заведения будущему студенту придется сдать профильный русский язык и базовый уровень математики.

Сейчас задание ЕГЭ состоит из трех блоков: А (тесты с вариантами готовых ответов), B (требуется ответ из одного или нескольких слов, букв или чисел), C (требуется развернутый ответ). По задумке ведомства, в базовый вариант войдут задания блока B, в профильный — А и C.

Учебники были разделены следующим образом: русский язык и литература (20 базовых и 3 «углубленных» учебника), иностранные языки (17 базовых и 9 «углубленных» учебников), всеобщая история и история России (15 базовых и 9 «углубленных» учебников), география (6 базовых и 4 «углубленных» учебника), экономика (7 базовых и 1 «углубленный» учебник), алгебра и начало математического анализа и геометрия (52 базовых и 10 «углубленных» учебников), информатика (4 базовых и 8 «углубленных» учебников), физика (16 базовых и 9 «углубленных» учебников), химия (8 базовых и 8 «углубленных» учебников) и биология (14 базовых и 5 «углубленных» учебников).

Предметами, которые остались на «базовом уровне», стали: естествознание (6 учебников), физическая культура (4 учебника), экология (4 учебника), ОБЖ (9 учебников), обществознание (6 учебников), право (2 учебника) и Россия в мире (2 учебника).

Также составлен отдельный список учебников для коррекционных образовательных учреждений (всего 173 учебника) и перечень учебников с учетом региональных и этнокультурных особенностей субъектов РФ.

Директор Института развития образования НИУ ВШЭ Ирина Абанкина не одобряет сокращение перечня учебников и усматривает в этом коррупционную составляющую.

— Мне совершенно не нравится такая тенденция. Если новым законом об образовании мы дали школам возможность формирования вариативных программ обучения, то стандартизируя и уменьшая количество учебников, мы отчасти забираем это право. Ведь если учебники прошли полную экспертизу нескольких структур и есть груз ответственности, то почему их не должно быть много? — негодует Абанкина.

Эксперт также отметила, что сокращение числа учебников также указывает на желание определенных компаний монополизировать рынок учебных пособий, чтобы заработать «огромное количество денег на поставках больших тиражей».

Сопредседатель межрегионального профсоюза учителей Андрей Демидов также опасается, что новшество введено не в интересах улучшения обучения детей, а в интересах определенных игроков рынка.

— Существует риск монополизации, когда одна или несколько компаний захватят все поле. Это плохо как с точки зрения качества, так и с точки зрения подачи материала. Когда есть конкуренция, есть и борьба за качество. Компании бьются за то, чтобы именно их продукцию закупали школы, — говорит Демидов. — Поэтому при составлении перечня лоббирование, скорее всего, было или как минимум могло быть, потому что это слишком большой кусок. Нужно совершенствовать экспертизу и проверки учебников, а не сводить линейку пособий до одного или двух названий.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/567262#ixzz2w3ZcXqti"

Кима, вот мой сын такой.
Если с ним сидеть, пресекая попытки отвлечься, он сделает уроки за 1,5 часа.
Эксперименты с самостоятельным приготовлением заканчиваются слезами в 11 часов, что и спать хочется, и уроки наполовину не сделаны. Хотя начал делать их в 4. Тетрадь открыл - забыл про дневник, полез за дневником  - мяч увидел-пнул - ручка улетела- ручку поднял - задание посмотрел- пошел пить- пришел- снова читает задание - вспомнил, что число не написал- стал писать - задание забыл- тут шарик за окном  летит- полюбовался- прочитал задание- написал 2 слова- устал - пошел прыгать на батуте- продолжать можно до бесконечности.
И сидим вместе, и таймер заводим, и радуемся-отмечаем, как хорошо без заботы на душе - ноль результата.
Невролог проблем не видит, так как концентрация при интересе потрясающая. А школа так- обуза для него.
Как бы я была за отмену домашки! Потому как это ежедневная мука для всей семьи. А сколько мы НЕ сделали из-за нее! на сколько животрепещущих вопросов не отвечено, не найдено ответа, сколько опытов не проведено, сколько книжек не прочитано!
Я понимаю домашнее задание в наше время - дети из школы в 11-30 приходили.

Астрочка, в цепочку на еще туалет включить и не раз)))), ну у нас точно .

Астрочка, у меня младшая такая. 🙂 Она может даже сидя на одном месте начать играть ручкой. Ну и что? Пусть играет. Не успела - все равно спать вовремя, а утром танцы и некогда (раньше так казалось) учить. Я уже поняла, что контролировать незачем, это ее уроки, ее оценки. Когда я отпустила ситуацию, стало проще. Может сесть в 9 вечера и сделать за 30-40 минут, когда понимает, что никто не будет пинать.  Не сделает - ну ее дело... Ни разу не было, чтобы ушла с невыученными уроками. Если вечером не успела, может утром теперь раньше встать и сделать до танцев, либо после. Хотя нервов себе тоже помотала. Ну и ей)