понравилось о Бахе. почитайте.)))
21/03/2015 – 330 years (b. 1685) …
Johann Sebastian Bach (BACH) !!!
По традиции, хотелось бы в самом начале сказать несколько слов о самом композиторе, хотя сделать это несколько сложно. И вот почему.
Пожалуй, ни в одном из видов искусства нет художника, который занимал бы в нём такое положение как Бах в музыке. В огромной по объёму литературе можно найти противоречивые мнения о значении, влиянии творчества любого поэта, живописца или музыканта на его современников и потомков. О Бахе не спорят. Если и есть какие-то споры, то лишь по поводу принадлежности ему некоторых, в основном, ранних, произведений, которые ещё не несут на себе печать его индивидуальности. В остальном же, начиная с серьёзных искусствоведческих изданий, и кончая анкетами и интервью о музыке, на вопрос: "Кто?", отвечают: "Бах!"
Есть выражение: "Если музыка – царевна искусств, то Бах – царь музыки". Однако, в то же время существует некоторое противоречие между этой бесспорностью музыки Баха и обычностью его биографии.
Если говорить о жизни великого композитора не на профессиональном уровне, то есть, не изучая его творений, то говорить почти нечего.
Хорошо ли, плохо ли, но в нашем сознании укрепился устойчивый образ "художника-борца". Благодаря многочисленной беллетристике, он представляется нам как человек, особенно остро воспринимающий жизнь, вступающий из-за этого в мучительное несогласие со своим временем, причём факты его биографии (часто – трагичные!) отражают этот путь несогласия, борьбы за своё искусство.
В общем-то всё это – верно. Но представьте, какое отчаяние должен испытать беллетрист, собравшийся написать популярную биографию Баха в подобном ключе. Ведь в жизни Баха не было безысходного одиночества, не было Гейлигенштадского завещания, не было моцартовского "чёрного человека", не было такой любви к женщине, как у Петрарки...
Ему была чужда всякого рода декларативность. Он не писал манифестов, подобно романтикам, и из его высказываний сохранилось лишь несколько, да и то на чисто профессиональные темы. Складывается впечатление, что Бах вообще предпочитал не распространяться много о музыке. Один из лучших его биографов, Шпитта, рассказывает, что в ответ на чьи-то похвалы его прекрасной игре, он ворчливо заметил: "Нужно только своевременно попадать на нужные клавиши, тогда инструмент играет сам по себе".
За всю жизнь Бах ни разу не выехал за пределы немецких земель. А если и предпринимал поездки по Германии, то – либо чтобы послушать музыку и поучиться у лучших из его современников, либо – в зрелые годы – чтобы найти более удачное место работы.
Если в его жизни и была борьба – то в самом обыденном смысле этого слова. Он боролся с начальством за больший доход и лучшие условия работы. Он ведь был женат дважды, и имел двадцать детей, которых нужно было кормить. В тех немногочисленных письмах Баха, которые дошли до нас, содержится столько разговоров о талерах, что – не принадлежи эти письма ему – у нас непременно возникла бы мысль о мелочности.
Кстати, он не был удачлив в борьбе за талеры. Его жена, Анна Магдалена, умерла через десять лет после него в нищете.
Последние двадцать семь лет своей жизни Бах провёл в Лейпциге в должности кантора церкви святого Фомы. Кроме того, он был руководителем Музыкального студенческого общества (Коллегио Музика). До этого – шесть лет в Кетене, и ещё раньше девять лет в Веймаре. Вот основные периоды зрелого творчества Баха. В Веймаре, Кетене, Лейпциге, а ещё раньше в Люнебурге и Ордруфе он занимался только одним – музыкой. Сначала учился, потом учил. И писал.
Такая, с позволения сказать, "невыразительная" жизненная канва вызывала, видимо, неудовлетворение у многих искусствоведов, пытавшихся объяснить "причины" его творчества, или, хотя бы расцветить столь обычную биографию какими-то столкновениями, конфликтами.
Так, одно время много писалось о конфликтах Баха с лейпцигским магистратом, о притеснениях им композитора. Вряд ли стоит уделять этому большое внимание. Его отношения с начальством мало чем отличаются от других подобных отношений. И уж наверняка, сам Бах не считал их кардинальными в смысле своего творчества.
Так же много говорилось о неоцененности творчества Баха при его жиз ни и о его посмертном забвении.
Шуман в своём музыкальном журнале рассказывал, как он безуспешно пытался найти могилу Баха на кладбище святого Иоанна. Когда же он обратился к сторожу с просьбой указать её, тот важно заметил: "Какого Баха? Бахов - много!"
Этот анекдотический случай может вызвать улыбку, но вряд ли его можно принимать за основание для каких-либо утверждений. Ведь известно, что при жизни современники называли Баха "королём органистов и князем клавесинистов". Его прижизненную славу можно оценить хотя бы из рассказа Форкеля о поездке Баха в Потсдам ко двору прусского короля Фридриха Великого. Фридрих, сам известный флейтист, узнав о его приезде, отменил вечерний концерт, послал за Бахом, и сказал оркестрантам с волнением в голосе: "Господа, старый Бах прибыл!"
Иоганн Себастьян Бах умер в 1750-м году. В 1802-м году вышла в свет первая биография, написанная Форкелем, которая считается истоком баховедения.
Но те пятьдесят с небольшим лет, которые разделяют эти два события, лишь при очень сильном желании можно назвать "годами забвения". Конечно, в эти годы музыка Баха ещё не получила всемирного признания, но о ней знали. Пусть её исполняли не в концертах, а в основном как церковную музыку, мало кто обманывался по поводу его места в искусстве. В конце концов, в этот период жили и творили сыновья Баха – его ученики – выдающиеся композиторы того времени, для которых отец всегда был непререкаемым авторитетом. Маловероятно, чтобы после его смерти они вдруг забыли о нём и его музыке. Поэтому говорить о забвении можно лиь по отношению к отдельным его произведениям (например, о "Страстях по Матфею"😉, но не в целом к творчеству.
Итак, с одной стороны, самая обычная жизнь, наполненная непрерывным трудом и тяжбами с начальством. Пусть известность при жизни, пусть слава, но слава, если можно так сказать, "местного значения". Её нельзя сравнить со всеевропейской славой современника Баха, английского композитора Генделя.
С другой стороны, его музыка. Музыка, о которой говорить очень и очень трудно. Потому что попытка как-то словами определить – что же отражено в ней, какие человеческие чувства – сразу вызывает острое ощущение недостаточности того или иного определения. Может быть, в профессиональном смысле музыку Баха и нельзя назвать резко выделяющейся среди современной ему музыки. Не будем забывать, что в эпоху барокко творило целое созвездие крупнейших композиторов: Гендель, Телеман.., немного ранее – Букстехуде, Бём, Вивальди, Шютц.., немного позднее – Карл Филипп и Иоганн Кристиан Бахи... И всё же есть какие-то неуловимые отличия, неуловимые, но при этом несомненные.
Музыка Баха начисто лишена чего-то мелкого, вторичного. Она – только о главном – о жизни и смерти. В ней нет "просто-нот", "просто-красивых" пассажей; каждый такт, каждая фраза – это мысль. Она уникальна именно этой наполненностью мыслью. И это – при том, что, по воспоминаниям учеников, Бах всегда твердил, что "нечего музыканту соваться в философию, надо писать и играть".
Парадокс, тайна... Что наполняло существование этого человека, о чём он думал, мечтал? Подобно многим другим, мы не можем смириться с тем, что его жизнь – это просто шестьдесят лет упорного труда, нам хочется верить, что было что-то сокровенное, невысказанное им вслух, какой-то внутренний "вечный двигатель" его творчества.
В молчании мы отступаем перед этой тайной.
Как знать, быть может, это то, о чём, по выражению Достоевского, "человечество не сказало ещё своего последнего слова"?..
А знаете, ведь Баха могло не быть. Ну хотя бы просто потому, что в те годы была высокая детская смертность. Из двадцати детей Баха почти половина не дожила до пятилетнего возраста. Человеческая жизнь хрупка – он просто мог умереть от какого-нибудь коклюша или скарлатины.
Была бы другая музыка, прекрасная, великая. Но мы никогда бы не услышали подобной наполненности мыслью, и, быть может, не научились бы видеть и ценить те самые неуловимые, но такие несомненные отличия.
И при прочих мыслях и чувствах, вызываемых в нас музыкой Баха, давайте иногда подумаем: "Какая удивительная случайность и какое счастье, что он – был!"
